Древние

— А ты можешь вытащить часть энергии из доспеха? — уточнил он, не горя желанием искать и убивать кого-то только ради пропитания оголодавшего демона.

Даже странно, ведь совсем недавно мысль об убийстве случайного человека не вызывала у Стрижа внутреннего сопротивления.

«Не могу, — раздражённо буркнула Белочка. — Этот артефакт устроен для вытягивания силы из демонов, а не наоборот».

Дослушал Лёха уже в полёте. За последние дни он так устал брести пешком, что рванул к землям Кречетов на максимально доступной скорости.

"С высоты птичьего полёта он видел насколько драматичным было прошлое этих земель. Руины замков разной степени сохранности встретились ему три раза, причём ни один из них уже не носил таких страшных следов, как замок Спящей красавицы. Сложно было сказать, что именно заставило людей уходить: война, болезни, или что другое. Факт, что некогда границы империи, или государства, от которого были унаследованы эти земли, простирались гораздо дальше.

Сейчас же здесь царствовала дикая природа. И неизвестно, вернутся ли сюда люди в ближайшее столетие. Сомнительно. Стагнирующее общество, живущее по принципу «разделяй и властвуй», в которое превратилась империя магов, обречено. Так что не будет никакой местной Реконкисты до тех пор, пока в государстве не произойдут глобальные изменения, оздоровляющие общество. Или, — что куда более вероятно, — страну не поделят между собой гораздо более развитые соседи.

До обжитых земель Стриж добрался уже после заката. Сначала это были небольшие воинские заставы, укреплённые очень серьёзно. Службу здесь несли императорские гвардейцы и легко вооружённые воины в тёмно-зелёном. Очевидно, что-то вроде лесных егерей, или ещё каких местных рейнджеров.

На всякий случай Лёха облетал заставы по дуге. Вдруг найдётся кто-то бдительный и глазастый, да поднимет тревогу, увидев в небе неопознанный летающий объект.

За цепью застав расположились поля на отвоёванных у леса землях, и деревни, окружённые мощными бревенчатыми частоколами.

В одном из сёл, не смотря на поздний час, стоял дым коромыслом. Неизвестно, что отмечали крестьяне, но веселье шло вовсю — с музыкой, танцами и песнями.