Подари мне любовь

Широкий пояс из шелковой парчи тоже был отделан серебряной тесьмой.

– Это слишком дорогой наряд, – мягко, но восхищенно выдохнула девушка.

– Только не для такого случая. Нужно соблюдать приличия, несмотря на обстоятельства. И я слышала, как король саксов сказал, что сам проводит тебя к жениху.

«Почему бы и нет, раз именно он виноват в этой злой насмешке!» – подумала Эрика, но не сказала этого вслух, а постаралась как можно скорее одеться по настоятельной просьбе леди Бренны и, как ни удивительно, с ее помощью.

Эрика хотела вновь поблагодарить даму, но нашла для этого немного странный способ:

– Могу только пожалеть, что вы вырастили такого мстительного сына.

Бренна едва заметно улыбнулась:

– Ни одного из моих сыновей нельзя назвать мстительным. Когда сама поймешь это, поединок между тобой и Селигом закончится.

Эрика никак не могла взять в толк, что имеет в виду леди Бренна, но сегодня и без того все происходящее не имело смысла, особенно решение Селига жениться на ней.

Еще большую благодарность леди Бренне Эрика испытала, когда увидела ослепительные наряды придворных дам, собравшихся, чтобы присутствовать на венчании. Ужасно вспомнить, что, будь на то воля Селига, Эрика пошла бы к алтарю в цепях и грубом, уродливом платье служанки. Какому бы страшному унижению подверглась она, если бы не мать и сестра Селига. На это он, несомненно, и рассчитывал.

Однако, когда невесту подвели к жениху, по выражению его лица нельзя было сказать, что он раздражен или расстроен этим обстоятельством.

Он ждал Эрику на ступеньках маленькой часовни, выстроенной во дворе, и был великолепен. Церемония должна была проходить здесь, чтобы все услышали слова епископа, обращенные к новобрачным."

"Святой отец стоял рядом с Селигом. А король Уэссекса действительно подвел невесту к жениху.

– Все женщины, собравшиеся здесь, завидуют вам, леди Эрика.

Он говорил по-датски. Конечно, неудивительно, что король знает ее язык, ведь он так много лет сталкивался с датчанами. Однако, как ни странно, король оказался совсем молодым, не старше Селига. И был одет не наряднее своих придворных. По правде говоря, она не узнала бы короля, если бы не услышала, как кто-то назвал его по имени.