Дорога в ночь

 – Мы так не договаривались!

Миолин-Таали резко развернулся ко мне.

– Если эта рабыня не выстоит против тэлиака даже пары минут, значит, и помочь тебе она не могла. А раз она тебе не помогала, то что тогда делала возле твоего тела? Покарать преступницу, которая покусилась на младшего принца, я имею полное право.

– Ты передергиваешь факты!

– Вовсе нет, – сказал старший эльф и затем еле слышно добавил: – Я, конечно, понимаю, что ты не наследник престола. Но все-таки постарайся хотя бы иногда вести себя соответствующе представителю правящей династии!

Я стиснул зубы так, что они заскрипели, и отвернулся… Мой взгляд наткнулся на невольных свидетелей нашего разговора, судя по тому, как вытянулись у эльфов лица, они все слышали.

Ну, Миолин-Таали, ты мне за это ответишь!

Тэлиак гонял Ри по всему двору. Девчонка уворачивалась, прыгала, скакала, как загадочный таринский зверь кенгуру, показывала настоящие чудеса акробатики, но противника к себе даже близко не подпускала. И только я немного успокоился и подумал, что, может, все еще обойдется…

– Стой! – приказал Ареин.

Противники остановились, замерли.

– Ты собираешься драться? – спросил старший эльф у Ри.

Девчонка потупилась, сделала небольшой шаг назад.

– Так я и думал, – произнес Ареин. – Лоэл управитель, вы поможете мне?

Градоначальник неуверенно посмотрел на меня, потом кивнул Ареину.

– Подождите! – вскинулся я. – Пара минут уже прошла.

– Мы договаривались о поединке, а не об этом фарсе, – сказал Миолин-Таали и кивнул управителю: – Действуйте!

Дикарка отбросила меч со щитом, упала на колени.

– Хватит! – закричал я.

Ареин посмотрел на меня, затем на пленницу и кивнул:

– Для начала действительно хватит.

И в ту же секунду управитель отпустил плетение.

– Надеюсь, ты поняла, – обратился Ареин к Ри, – ты либо будешь драться, либо умрешь. Убежать не получится.

Девчонка кивнула. Подобрала свое оружие и поднялась на ноги.

– Тогда продолжаем.

В этот раз дикарка не бросилась от тэлиака наутек.

– Впечатляет, – протянул Ареин. Остальные эльфы пораженно молчали.