Дочь врага

 – Где ты был, когда мы с матерью не доедали? Или когда мне приходилось носить сапоги по пять сезонов, пока дыры в них не станут заметны окружающим?! Где ты был со своими сраными деньгами, когда моя мамочка вкалывала на двух работах, только чтобы у нас все было, и мы не умерли с голоду?! Где ты был, когда она так мучительно умирала?! Где, мать твою?!

– Я…– эта тварь заходится в очередном удушающем приступе, а я перевожу дыхание, вытираю слезы и, выпрямившись, бросаю, как пощечину:

– Пошел ты на**й, папаша.

Я подхожу к первой попавшейся машине такси и еду туда, где точно знаю, мне рады, любят и будут беречь.

Глава 22 Матвей

Все пошло не по плану. Буквально через пятнадцать минут мне приходится выехать в офис, потому что возникли проблемы с новой поставкой алкоголя, а юристы двух сторон не могут договориться без руководства.

Я внимательно изучаю договор, стараясь вникнуть в детали и найти подводные камни, чтобы поскорее оказаться дома с семьей, как раздается стук в дверь.

– Войдите! – бросаю раздраженно, не отрываясь от бумаг, ловя за хвост только что промелькнувшую мысль.

– Матвей Михайлович, – мнется на пороге администратор, сжимая в руке белый конверт. – Это просили вам передать.

Дурное предчувствие оплетает меня, словно лиана. Не люблю я такие выходки. Как правило, ничем хорошим они не заканчиваются.

– Кто?

– Я не знаю. Мужчина не представился, а я не смогла его толком разглядеть: он был в бейсболке и спортивном костюме. Капюшон был накинут на голову.

Это начнет пахнуть дерьмом. Хреново.

– Ладно, давай сюда. И можешь идти работать.

Девушка кладет на край стола конверт и исчезает за дверью.

Я не хочу его открывать. Вообще. Моя интуиция показывает, что его содержимое круто изменит мою жизнь.

Глубоко вздохнув, беру конверт и разрываю его. На стол сыпятся фотографии. Их тут штук пятнадцать, и все разного плана и фокуса. Но на всех них мой оживший кошмар.

Земля уходит из-под ног, а в легких резко не хватает кислорода. Я вдыхаю его, ослабляю ворот рубашки, а он лишь обжигает изнутри. Хочется выть раненым зверем, но это не поможет. Мне уже ничто не поможет.