Дитё. Двойной удар

— Пойдем встречать, — согласился я.

Али, пока я устраивался у себя в каюте, успел взобраться на переднюю мачту и там с перекладины рассматривал порт. Проходя мимо мачты к трапу, я велел ему спускаться."

"Команда уже не выглядела как сборище оборванцев. Да, у них до сих пор был изможденный вид, но в новой одежде, с поясами и боевыми ножами, они смотрелись вполне прилично. Оружие я спустил вниз. Местные болезненно реагировали на подобные железки.

Окончательно расплатившись с продавцом, я велел сгружать привезенный товар.

В основном — мягкую рухлядь, так в старину называли ковры, матрасы, подушки, перины да одеяла. Койку, стол и стулья у меня в каюте кормчий обещал сделать сам. Материал мы закупили, вот-вот подвезут. Правда, что такое шкаф, он не понял, не было их тогда, но по описанию обещал сделать. Двое из команды оказались отличными плотниками.

Следующие два часа на борту шла активная работа. К кораблю постоянно подъезжали арбы с материалами, продовольствием и бочками. Серебро и медь утекали рекой.

Когда мы практически заканчивали с погрузкой и подготовкой судна к походу — двое работали в трюме, двое у меня в каюте плотничали — подошел кормчий, он руководил всеми работами.

— Хозяин. Людей мало, ушкуй большой, для высокой волны создан, трудно будет.

— Есть предложение, Федор? — оторвавшись от изучения испанской каравеллы, спросил я.

— Еще люди нужны. Моряки.

— Много?

— Не меньше десяти, боярин.

— Ты не забыл, что у нас еще будет около тридцати человек?

— Места хватит, тут и сотня уместится, тесно, правда, будет.

Но продовольствия хватит. Воины не моряки, а тут именно они и нужны. Ушкуйники.

— Знаешь, где их найти? — спросил я, продолжив наблюдать за каравеллой.

— Да, мы с такими работали. Отличные моряки. Просто им не повезло.

— Хорошо. Возьми Али, он все равно скучает, и приведи их сюда. Если подойдут, то выкуплю. Думаю, десятерых не хватит, шестнадцать-семнадцать в самый раз.

— Хорошо, боярин. Спасибо.

Али и Немцов сели в тарантас и укатили куда-то в сторону рыбного рынка, а я, спустившись по трапу на пирс, неторопливо зашагал к каравелле.

Минут через пять я остановился у трапа судна. Вахтенный, скучавший у одной из пушек, встрепенулся и что-то спросил.

— Хозяина позови, — велел я ему на английском.

Вахтенный с места не сдвинулся, но прокричал что-то в направлении люка, закрытого решеткой.

Через минуту на палубе появился другой испанец, этот был прилично одет, в шлеме, как у Кортеса.