Дитё. Двойной удар

Быстрый осмотр показал, что все они заряжены, оставалось только поджечь фитили, что мы быстро и сделали, приготовив оружие к бою. Всего пищалей оказалось семь штук, судя по однообразности, делал их один мастер.

— Один на месте, следи тут за всем, а мы дальше, — сказал я."

"Один стрелок с пищалью и личным оружием остался сторожить амбар и домик лесника, чтобы никто не сбежал, а мы, подхватив по два ружья — стрелки свои повесили на плечи, я же сунул пистолеты за пояс, — рванули в лес к дерущимся.

Успели мы как раз вовремя.

В глубине леса, примерно в сорока метрах кипел нешуточный рукопашный бой. Наши сразу опознавались по униформе, остальные — враги.

С ходу перепрыгнув через два тела (один оказался в нашей, черт!), я пристроил дуло пищали на низкой ветви березы и стал целиться. Вот вскочили двое татей, один вытирал нож о рукав, оставив лежать на земле человека в нашей форме. Я не знал, чем заряжены пищали, поэтому выстрелил в того, что вытирал нож. Гулко бухнула пищаль, а в плечо, такое впечатление, как будто лошадь лягнула.

Судя по тому, как тать переломился в пояснице, его разорвало пополам, пищаль была заряжена каменной дробью, скорее всего речной галькой. Схватив с земли вторую пищаль, я выстрелил в еще трех татей, дерущихся против двух стрелков, те отчаянно защищались, орудуя прикладами. Рядом грохотали выстрелы подбежавших со мной стрелков, так что на их фоне мой выстрел был не особо заметен, но двоих из трех снесло с ног, последнего стрелки без проблем забили прикладами.

Били со злости так, что тот превратился в кусок мяса. Они, по-моему, даже кольчугу в тело вбили.

Вскочив на ноги, я рванул из-за пояса пистолет и выстрелил в спину убегающего татя, крича:

— Не дать им уйти! — после чего, рванув из-за пояса второй пистоль, ударил по затылку еще одного татя. Они с одним из моих стрелков, рыча, катались по земле, и выстрелил в еще одного татя, он на четвереньках пытался спрятаться в кустах.

Пока мои выжившие воины добивали раненых татей, живые они нам были не нужны, я стал лечить раненых.

Двое были совсем плохи, мне пришлось чуть ли не вытаскивать их с того света. Только одного я спасти не смог, не получилось прирастить обратно срубленную голову.

Из двадцати трех стрелков, что пошли в обход, не ранены были только двое, да и остальные скоро к ним присоединились. Только рваная одежда и рубленые кольчуги давали понять, что недавно они лежали на земле и стонали.