Дикое золото

 – Без таковой ни вы, ни я многого не добьемся, зато при такой протекции… Я ведь, милейший ротмистр, давненько служу, как вы справедливо изволили подметить. И мочиться против ветра давно отучен – себе дороже-с.

– Вы знаете, я тоже не идеалист, – сказал Бестужев. – Это-то мне и придает уверенности – полное отсутствие во всем этом деле какого бы то ни было идеализма. Разве что ваш Сажин… Впрочем, он тоже наверняка не был идеалистом, судя по вашим словам?

– Да уж…

– Нам нужно выиграть время, – сказал Бестужев.

 – Мои орлы сумеют очень быстро расколоть нашего пленника, не первый год служат. А если удастся тем временем найти Тутушкина, прибавится козырей. Свидетели нужны. И показания.

– Да что вы меня-то учите, – досадливо вздохнул Мигуля. – Без вас знаю…

– Тогда что же мы с вами сидим перед этой дурацкой бутылкой? – спросил Бестужев деловито. – От вас Тутушкину скрыться будет трудно, а?

– Это точно, – кивнул Мигуля. – Я, грешным делом, решил свернуть розыск – уж простите, в одинокие герои как-то не тянет, стар, но ваше появление придало делу новый колер… Поедемте.

Это хорошо, что вы в партикулярном, я быстренько переоденусь, у меня тут есть штатская одежка… Проверим еще пару адресков, коли уж пошла такая карта…

Глава вторая

Поговорим о странностях любви…"

"Партикулярное платье Мигули оказалось русским – поддевка, косоворотка, белый картуз и сапоги. Бестужев быстро понял, что в этом был свой толк: в пиджачной паре, при галстуке пристав Мигуля непременно смотрелся бы ряженым, не подходили к европейскому платью ни его медвежья фигура, ни физиономия, а в нынешнем своем виде он выглядел вполне естественно.

– Нож и баба – малосовместимо, – говорил Мигуля, задумчиво глядя в спину своего извозчика. – Диковинно смотрится…

– А вы не слышали про убийство студента Шлиппе? – спросил Бестужев. – Там дама как раз пустила в ход нож…

– Слышал, – кивнул Мигуля. – Все газеты в свое время гомонили, и наши перепечатывали тоже… Там, во-первых, была именно дама, истеричная, как это именуется? Экзальтированная… Во-вторых, она ж себя не кончила, а? Осталась дожидаться полиции.

У вас в столицах, быть может, дамский пол и начал уже понемногу ножи осваивать… а для наших краев, подчеркиваю, нож в бабьей руке, вдобавок последовавшее после убийства мужика самоубийство с использованием того же ножа… – он покрутил головой. – Нет-с, не вписывается в картину нравов и обычаев. Я так полагаю: некто плохо разбирался в текущей уголовщине.