Девственница на три дня

На прозрачном журнальном столике, где стояла бутылка вина и бокал, который Стефани наполняла и опустошала.

Там было кое-что еще.

Пачка сигар. Отвратительных вонючих сигар.

Я знал только одного человека, который курит такие. И Стефани была с ним знакома.

– Габриэль, – уверенно сказал я. – Вы вместе провернули это за моей спиной. Какого хуя ты решила, что можешь себе это позволить?

– Ничего подобного, – все еще спорила со мной Стеф.

Но получалось неубедительно. Актриса из нее была так себе.

– Он ведь теперь часто у тебя бывает? Можешь не отвечать.

Я облегченно выдохнул, когда пазлы сошлись.

Об этой его привычке я хорошо знал. Заядлый курильщик, Габриэль все время боялся, что останется без своих любимых сигар – сигареты он не признавал. В студии всегда лежало несколько пачек, и парочку я находил у себя дома, где он тоже часто бывал…

Взглянул на Стефани – слегка смутилась, надо же, и, кажется, покраснела. Может, из нее еще и выйдет актриса, как знать.

– Ты с ним спишь, – озвучил я свои выводы."

"Блядь, ну конечно! Я и раньше замечал, что мой продюсер посматривает на Стеф с неприкрытой завистью и вожделением. Но, пока она была со мной, он не смел тянуть к ней руки. А вот когда мы расстались…

– А если и так? – застигнутая врасплох, Стефани перестала защищаться и пошла в атаку. – В отличие от тебя, он меня ценит!

Ценит… Похоже, дорого ценит, раз решил рискнуть нашим сотрудничеством. Он ведь неплохо на мне зарабатывал… Зачем это все?

Разумеется, не ради Стефани.

Стефани к этому моменту уже наполовину опустошила бутылку. Утреннее пьянство после вчерашней вечеринки, что называется, на старые дрожжи – дело опасное и непредсказуемое. Ее уже изрядно развезло, но она все еще подливала вино в пустеющий бокал.

– И чья же это была гениальная идея? – уже задавая этот вопрос, я знал ответ.

Вряд ли Стефани могла придумать что-то подобное. Вся эта история, начиная с написания ее книги, и заканчивая скандалом, в который меня сейчас втянули предполагало другое авторство.

Габриэль – великий интриган и жадная сволочь, человек, с которым я был связан с начала карьеры и которому привык доверять безоговорочно. Как оказалось, зря…

– Наша! – воскликнула Стефани в ярости.