Девочка Грешника

Знаешь, мне даже жаль тебя. Искренне.

— Хэй, победитель гребаный, не я тебе звоню! — зло рассмеялся я и скинул звонок.

А затем погрузился в себя, пытаясь выдохнуть. Все. Я свою программу максимум выполнил. Мне больше ничего не надо! И никого!

Да только не получалось. Сердце все ускоряло свой бег, легкие срывались и отказывались работать, сознание зависало на ненужных воспоминаниях.

Запретных. Горьких. Сладких. Обрыдлых до тошноты!

Отмахнулся. И пообещал себе клятвенно, что справлюсь и наконец-то словлю волну.

Надо только дух перевести.

А то, что я десятого сентября мимо отеля The Carlton проехал, так это просто совпадение. Навигатор так дорогу построил. Нет? Да и пох вообще!

На все пох!

На вереницу дорогих автомобилей возле здания, на разодетую публику, толкущуюся у входа. На белоснежный лимузин, что только что подкатил к крыльцу.

Она там.

Внутри.

И сегодня ночью Соню будет трахать Камиль Ильясов. Как свою законную жену.

А она будет ему отдаваться, раздвигая широко свои шикарные ноги.

Гребаная змея!

По газам и домой. Чтобы нажраться в хлам. Чтобы утопить свои воспоминания о девочке с глазами цвета неба в бутылке. И понять наконец-то, что мне не легче.

В груди горит. Ноет. Переходит на скулеж.

Да что-ж за хуйня?

Что-ж так больно-то, а?

Глава 29. Задыхаюсь

POV РомаГребаные элитные квадратные метры. Аж больше двухсот. Но какой в них смысл, если здесь я, словно загнанный зверь, в тесной вонючей клетке?

Задыхаюсь!"

"Пытаюсь нажраться в хламину, чтобы отрубиться в беспамятстве, но не выходит нихрена! Вливаю в себя вискарь — что воду хлебаю.

Срываюсь с места, вваливаюсь в спортивный зал, на ходу отхлебывая сорокаградусное пойло из горла. А дальше, забив на эластичные бинты, начинаю со всей дури колошматить грушу, представляя, что это чертов Камиль Ильясов или Данила Шахова.

Насрать!

Я бы урыл любого.

Через несколько минут кулак соскальзывает со снаряда.

— Сука, — мутным взглядом смотрю на разбитые кровоточащие костяшки.

Но боли не чувствую. Это не боль — так, гребаные цветочки, по сравнению с тем, что творится у меня за ребрами.

А там пиздец!

Падаю на маты и истерически смеюсь, чуть приподнимаюсь, а затем снова вкидываюсь убойной порцией алкоголя. Вот только она меня почему-то не убивает.