Девочка Дьявола. Без иллюзий. Книга четвертая

На это он ничего не сказал, и мне показалось, что он на секунду снял маску, стер светскую улыбку и стал собой.

— Чем Ричард отличается от меня? — внезапно спросил он. — Мы оба прожженные циники, которые устали от этой жизни, мы эгоисты, которые любят только себя, и часто используем людей в собственных целях.

В какой-то степени, Назари был прав — Ричард тоже никого не любил, был циником и эгоистом, но отличие все же существовало.

— Вам не понравится мой ответ… — покачала я головой.

— Уверен, я справлюсь.

Я некоторое время изучала его лицо и наконец произнесла:

— Я бы не присудила вам трофеи.

— Не понял? — удивленно поднял он бровь.

— Во вторник я была в Малаге, и Кармен повезла меня на экскурсию в “Малагету” — арену для корриды. И там я узнала, что после решающего удара президент арены присваивает матадору трофеи побежденного животного. Чем выше мастерство, тем больше трофеев. Но бывает немало случаев, когда трофеи не присуждают.

— Вам нравится это зрелище? — вновь удивился Назари.

— Нет, вовсе нет, — покачала я головой.

 — Я не сторонница философии корриды. Меня привлек музей, где хранятся работы Пикассо, Веласкеса, Дали. Ведь это непосредственная история Испании, ее культура. Но я не об этом.

Назари внимательно смотрел на меня, и я продолжила:

— Эта арена названа в честь Антонио Ордоньеса — одного из самых знаменитых матадоров Испании, и в музее я узнала, что у Хемингуэя есть роман об Испании и этом человеке.

— Он называется “Опасное лето”, — улыбнулся Назари, и я кивнула.

— К моему стыду, этот роман прошел мимо меня, и я по приезду из Малаги проглотила его за вечер.

— Так вы меня хотите сравнить с быком? — усмехнулся Назари.

— Нет, — покачала я головой. — Но, если вам неприятно, я не буду продолжать. Тем более, вы читали этот роман.

— Напротив, продолжайте, — произнес Назари. — Я весь внимание.

— Я только опираюсь на книгу Хемингуэя. Он рассказывал о работе нескольких матадоров, и я была восхищена, насколько точно он описал технику. В бою недостаточно подчинить быка мулетой.

Матадор должен выполнить ряд пассов, прежде чем нанести сокрушающий удар быку. Делая эти пассы, он пропускает быка мимо себя. И чем ближе это расстояние, тем выше профессионализм матадора. Эти пассы чрезвычайно опасны. Но существует много жульнических приемов, позволяющих матадору самому проходить мимо быка, вместо того чтобы пропускать его мимо себя, или только пассивно встречать движения быка, вместо того, чтобы управлять ими.