Дерзишь, темненькая моя?!

Какой туман в голове, ни одной здравой мысли. Только одно желание и осталось - прикрыть глаза и уснуть.

— Ты рискуешь, Самар, очень рискуешь, — услышала я голос ведьмы.

— Ничего, дело выгорит. Представляешь, какие там деньги. Глянь на ее шмотки, за ту сумму, что она отвалила за это платье, можно обрядить весь наш район. Да и я внешностью не обделен, а может, слюбится, девчонка-то хороша, я бы такую на руках таскал и без ее наследства.

Глава 13 (Часть 1)"

"Яркий свет светил в глаза и сильно раздражал. Повернувшись набок, я накинула сверху на голову одеяло, но заснуть уже не смогла.

В общем, чувствовала я себя так, словно в бочке с вином всю ночь плавала. До сих пор вкус забродившей малины во рту.

Тяжело привстав, я обхватила руками голову и тихо застонала. Спрашивается, где я и почему состояние такое. Осмотревшись, с удивлением сообразила, что я в нашей карете под навесом. Опа! И как же я сюда забрела? Встав и справившись с накатывающей тошнотой, осторожно, словно всерьез опасаясь развалиться на части, я вышла из кареты.

Вокруг ни души, только со стороны конюшен доносилось негромкое ржание.

На снегу следы имелись и среди них легко было определить мои. И дело даже не в рисунке подошвы и не в форме каблучка: просто по ходу пути кто-то постоянно падал в снег, отчего оставались следы рухнувшего тела. И последний такой говорящий отпечаток на сугробе виднелся у самых дверей кареты, тут не сложно догадаться, кто на ногах стоять не мог.

Ужас! И это я, воспитанная леди! Мрак!

Пройдя немного по следам, поняла, что пришла я сюда своим ходом, рядом были и мужские следы, но вот чьи они и имеют ли какое-либо отношение ко мне, неясно.

Вот это погуляла и отметила именины!

Очнувшаяся с похмелья память услужливо подкидывала мне картинки ночного беспредела. Какой-то старый тюфяк на полу. Стакан с разлитым вином. Мужчина по имени Самарчто-то мне втолковывает, а темная ведьма Эдема хмурится.

Я сжала виски и напряглась.

Что-то я им про мужа рассказывала и про наследство. Вот гадство-то. Ничего толком не помню. В голове обрывки образов и слов. Вот улицу припоминаю, шли мы куда-то. Про Этьера и свою неразделенную любовь, кажись, кричала, мужик какой-то нас отчитывал за дебош в ночное время суток.

Что же еще-то? Вот нутром чувствовала, что-то важное упустила. Куда мы шли? Не помню. Видимо, я была уже в той самой кондиции, когда разум и тело существуют в разных плоскостях.