Демон плюс

– Ты что, и вправду поверил в сусальную ска зочку – простой паренек из мелкого городка написал песенку в два аккорда на день рождения; маме, послал запись на студию, и она вот так, за здорово живешь, сделалась мировым хитом? Три ха– ха!

– Ну что ж… – задумался Леннон. – По крайней мере – он стал живым богом, как и хотел. Что может быть лучше, чем превратиться в кумира миллионов? Услужливые девочки, ванны из шампанского, жаждущая интервью пресса.

…Он одним движением разрезал ладонь – даже сильнее, чем нужно.

– Ну– ну, – скептически отозвался Шеф. – Ты сам поймешь потом, как это утомительно. Начнешь прятаться в шкафах от фотографов и поклонниц. Никогда больше не выпьешь чашку «капуччино» в уличном кафе. Окружишь себя охраной, не расстанешься с черными очками. На улицу будешь выходить так – выбежал и рыбкой нырнул в машину. Встречные девушки постараются оторвать, кусок твоей одежды. Тебя окутает депрессуха и ты найдешь утешение в кокаине: через это проходит большинство звезд.

– Кокаин? Но он так дорого стоит… – пробормотал молодой человек

– Не для тебя, – заверил Шеф. – Уже спустя год после первого хита ты сможешь купить хоть ведро первосортной «коки». Нюхать придется, уж извини – иначе какая же ты рок– звезда? Всего через полвека без наличия «дорожки» вместе со стодолларовой банкнотой в Нью-Йорке на приличную тусовку не пустят. ЛСД тоже сойдет. Ты даже про него песню сочинишь.

– И ее будут слушать? – всерьез усомнился Джон Леннон.

– И не только ее, – засмеялся Шеф. – Я же говорю – в обмен за свою ничтожную душу ты получаешь такой отвязный сервис, какого нет даже на Пхукете. Твоя музыка станет эталоном, ты получишь армию фанаток. Можешь записать все, что угодно, хоть диск телефонной болтовни с приятелем – отвечаю, он займет первое место в мировых хит-парадах. Тысячи одних девушек порежут вены в приступах безответной любви к тебе, а другие испытают свой первый оргазм на твоих концертах.

– Клево, – выдохнул клиент. – И потом я женюсь на королеве красоты?

– Ээээ… не совсем, – остудил его пыл Шеф. – Твоей второй женой станет довольно страшная художница– японка, старше тебя на целых шесть лет.

– Это и есть плата за продажу души? – вздрогнул Леннон. – Как жестоко…

– Я тут ни при чем, – рассмеялся Шеф.