Демиург. Том 5

Похоже, что Шаров оставил самых лучших из своих.

— Значит, он планирует вернуться. Вряд ли бы он бросил столь ценных бойцов на произвол судьбы, — произнёс барон и едва слышно добавил. — Как же не вовремя. Как будто бы ему кто-то подсказывает…

— Что, господин?

— Ничего, — откинувшись в кресле, произнёс барон. — Пещеры зачистить в кратчайшие сроки. Нельзя позволить, чтобы на моей земле кто-то хозяйничал, отвлекая войска. В скором времени нам может понадобиться каждый боец. Пускай командиры усилят натиск и вычистят эту заразу.

— А что делать с Шаровым? — советник задал главный, как ему казалось, вопрос. — Может, объявить за его голову награду?

— Нет! — как-то уж слишком резко произнёс Ситри. — Никаких контактов с посторонними до того момента, пока мы не избавимся от бойцов Шарова и не восстановим потери! Понял меня? Ни с кем!"

"— Всё предельно понятно, господин, — склонил голову ошарашенный поведением барона Барбатос.

— Ещё что-то важное? — барон обхватил голову руками, сдавливая виски и морщась будто от головной боли.

— Ну как сказать, господин… — замялся Барбатос. — В одном из тоннелей после штурма мы обнаружили сэра Паймона.

— И? Хоть он-то сдох, надеюсь?

— Нет, господин. Живой оказался, только раздетый и связанный, — произнёс демон. — А ещё у него на лбу было написано что-то странное. «Чао, буратины!» и «Себастьян Перейра»…

* * *Один из тоннелей Улья

В это же время

— Идут, — Безухий легонько стукнул по стене узкого лаза и ощутил, как ему на голову упала сумка.

— Последняя партия, — прошептал Головач. — Давай кидай и валим отсюда. Нас уже ждут.

— Да погодь, рогатые дылды тащат кого-то. Нашего, похоже, — гоблин заелозил, пытаясь извернуться так, чтобы разглядеть, что происходит в тоннели под ним и при этом не попасться на глаза идущему впереди демону с факелом в руках. — Точно наш. Дохлый!

— Если и нас прикончат, то мы уже вряд ли воскреснем.

Безухий довольно улыбнулся и показал большой палец, повторяя жест, которым периодически пользовался Старшой.

— Прекращая лыбиться, они уже рядом, — цыкнул на него Головач.