Дело чести

Жёлтый билет вместо паспорта она получила незаконно, и самочинно по решению местного околоточного надзирателя, присмотревшего Марию для личных забав. Но та не поддалась на шантаж, и подрабатывала не в доме терпимости, а вполне прилично, на кухне небольшого ресторана, моя горы посуды, и драя полы в самом ресторане.

С Гурием Семёновичем — статным седовласым мужчиной лет шестидесяти, она столкнулась совершенно случайно идя ночью домой, хоронясь от любого шороха и до боли сжимая в потной ладошке столовый нож. Этот вычурный нож посеребрённой стали она умыкнула на кухне ресторана, и отдала на заточку, старому мастеру Анзору, что промышлял этим делом уже не первый десяток лет.

"

"И когда она увидела спокойно идущего по улице мужчину в длиннополом лёгком пальто, и серой широкополой шляпе, в первую секунду просто остановилась, так как на этой улице, да ещё и ночью приличных людей не водилось. Но глянув чуть дальше за спину мужчине, разглядела лежавших вповалку четырёх человек, одного из которых — лысого бандита по прозвищу Замок, она знала хорошо.

Замок к ней тоже подкатывал, то грозясь всеми карами, то соблазняя её подарками и сладостями. Сам бандит был отчаянным отморозком которого сторонились даже местные урки, но вот, теперь этот страшный человек, лежал ничком, не подавая ни малейших признаков жизни, как и три его приятеля.

Тем временем, седой, уже подошёл ближе, и повернувшись к ней, прижал палец к губам, показывая, что нужно молчать, и через несколько секунд просто растаял во тьме переулка.

Следующая встреча, произошла в зале ресторана, где мужчина обедал.

Тогда Мария увидела, как к нему пару раз подходил половой, занимавшийся сводничеством, как видно предлагал проститутку, но мужчина даже, не дослушав, выгонял полового прочь. И в какой-то момент, когда Мария смотрела на него, медленно повернулся оглядывая весь зал. А когда встретился взглядом, неожиданно улыбнулся, и пальцем сделал жест, подзывая её.

Ресторан «Белуга» был не самым модным, и богатым, однако, бедные люди сюда не захаживали, и дамы были одеты соответственно.

И вот теперь, через зал немаленьких размеров, шла на негнущихся ногах девушка, одетая с старую юбку мышиного цвета, и какую-то мешковатую рубаху вообще непонятной расцветки, словно кролик на съеденье к удаву, а дойдя встала не в силах сказать ни слова. Но к ним уже спешил метрдотель, строго смотревший на Машу, словно желавший одним только взглядом выбросить её из зала.

Но тишину первым нарушил седой, оторвавшийся от стерляжьей ухи.