Дела Тайной канцелярии

Может быть, те, кто считает, что он внезапно сошел с ума, правы?

Кроме того, оставалось загадкой, как черт Дивногорского атаковал тюрьму: чтобы прорваться сквозь охранные заклинания и стены, требовалась недюжинная сила – не меньше, чем у самого Владимира. Однако во время погони гигантский кот не казался таким уж сильным. Если он и дотягивал до первого класса, то, по ощущениям, только до самого нижнего уровня.

Тогда, возможно, у Николая Дивногорского имелось несколько чертей? И один из них обладал куда более серьезной мощью.

– М-да… – Голос нового хозяина вывел Владимира из раздумий. Старший следователь Кузнецов стоял посреди кабинета и разглядывал книжные полки. – Похоже, Борис Сергеевич рехнулся далеко не нынче. Посмотри, какая коллекция, – он обвел рукой стеллажи, уставленные фолиантами, – сколько лет надо, чтобы все это собрать.

Колдун развернулся, щелкнув каблуками по паркету, подошел к столу и двумя пальцами неохотно приподнял тетрадь.

– Это она? – спросил он, обращаясь к Владимиру.

– Так точно, ваше благородие.

Владимир уже дважды пересказывал события того дня, не пытаясь что-либо утаить. Да и допрашивал его новый хозяин не ради выяснения вины, а чтобы понять, что же случилось с Вертемягиным, и поскорее закрыть скандальное дело. Следователь Управления устроил перестрелку, пожар с человеческими жертвами и выпустил демонов – эта новость уже несколько дней не сходила с газетных полос.

Колдун Кузнецов полистал пожелтевшие страницы, от которых исходил довольно неприятный запах.

– Ясно. Значит, Вертемягин оставил тетрадь тут, а сам пошел чертить узор, – пробормотал он себе под нос, вернул тетрадь на стол, после чего направился в гостиную.

Там наклонился над меловыми линиями и тщательно их осмотрел. Затем указал пальцем на несколько бурых пятен на полу. Кровь, хотя уже и впиталась, до сих пор слегка пахла, но Владимира этот запах больше не волновал: со смертью колдуна распалась наложенная им «жажда крови», и теперь высохшее пятно не представляло никакого интереса.

– Это ведь кровь, – сказал колдун, выпрямившись, и внимательно посмотрел на Владимира. – И ее вытекло довольно много. Ты рассказывал, что твой бывший хозяин нанес себе глубокий порез. Почему ты не сожрал его? Справился со своим инстинктом и просто свернул ему шею. Зачем?

– Старший следователь Вертемягин применил запретное заклятие второго порядка.