Дела Тайной канцелярии

Оставив колдуна в коридоре, куда уже вовсю валил дым, кот бросился к выходу, но поздно – двери, за которыми скрылся гадкий колдун, уже захлопнулись. Лев Николаевич для порядка с разгона ударил по ним всем телом, но, как и ожидалось, выход был хорошо защищен. Тогда кот метнулся обратно к хозяину. И вовремя – к нему как раз бежали караульные.

Див прыгнул, встав между хозяином и охранниками, и зарычал. Люди испуганно попятились.

Колдун Дивногорский, уже успевший оторвать от своей робы рукав и прижать его к лицу, приказал:

– Открывайте камеры, подлюги.

– Так… – начал один, но зашелся в кашле. Второй продолжил за него:

– Заклятые ключи может использовать только колдун. По распоряжению…

– Молчать! – рявкнул Дивногорский. – Я колдун. Давайте ключи, а сами бегите к выходу и кричите, что свои, иначе подохнем тут все вместе, и сам черт не разберет, кто заключенный, а кто охранник.

Ближе к полу было меньше дыма. Поэтому, забрав ключи, хозяин, пригнувшись, побежал к ближайшей камере. Воткнул ключ в замок и начал чертить на двери колдовские знаки.

Из-за черной завесы дыма послышались крики и удары, но ответом была тишина.

Хозяин усмехнулся:

– Видишь, какие они? Нелюди. Даже своих не жаль.

Наконец замок камеры щелкнул, но одновременно с этим щелчком раздались другие звуки – шипение, потом что-то взорвалось, и еще раз, и за хлопками взрывов до чуткого кошачьего носа донесся резкий запах керосина.

Лев Николаевич вскинул голову и взревел. Хозяин, тут же понявший, что стряслась беда, вскочил на ноги и заорал выскочившему в коридор заключенному:

– Хватайся за дива, живо! – И, взявшись за шею с другой стороны, крикнул коту прямо в ухо: – Наверх! На втором этаже тоже камеры!

Лев Николаевич, стараясь не вдыхать едкий дым, помчался вдоль по коридору к лестнице. Взлетев по пролетам, он остановился у тяжелой, окованной серебром двери. Хозяин с ходу всадил в замочную скважину ключ.

– Как закончу – бей изо всех сил, – скомандовал он и начал произносить слова заклинания. Кот, стряхнув с себя отчаянно кашляющего беднягу, встал на изготовку и, как только колдун закончил, высвободил демонический облик и врезался в дверь, разметав на части ослабленное хозяином заклятье. Дверь распахнулась.

Внизу ревело, как в печной трубе.

– Проклятье, – пробормотал хозяин, – времени совсем мало. Огонь сожрет балки, и мы рухнем в пылающую преисподнюю.