Лекарство от одиночества (СИ)

ГЛАВА 2

ГЛАВА 2

Праздник, который я так ждала, и столько к нему готовилась, медленно превращается в ад. Хорошо хоть веселье уже достигло такого градуса, что мое участие в нем не требуется. Тихонько сгребаю со стола грязные тарелки и комки бумажных салфеток.

– Тебе помочь? – улыбается Вера. С ней мы сдружились через ее мужа, которому в свое время Валов подлатал коленку. Какая-то большая шишка в силовых структурах, сам он на такие посиделки выбирается нечасто. А вот Вера, которая поначалу приходила к нам исключительно с мужем, со временем влилась в компанию и стала неотъемлемой частью всех наших праздников.

– Нет, Вер. Тут совсем немного осталось.

– Тогда я пойду, а то что-то голова разболелась.

– За тобой приедут?

– А то, – отвечает с невесёлой улыбкой. Веру можно понять. Из-за специфики работы ее мужа Вере положен водитель с охраной. Я даже представлять не хочу, как это надоедает.

– Хорошо. На тебе и правда лица нет.

– Мутит.

– Может... – делаю паузу, давая Вере возможность самой выбрать – обсуждать со мной ее потенциальную беременность или воздержаться.

– Не-е-ет, Эль. Все мимо.

– Может, тогда ЭКО? – с максимальным тактом интересуюсь я. Все-таки Вере уже за тридцать, а Семену вообще хорошо за сорок. И хоть они здоровы, время сводит на нет их попытки зачать естественным образом.

– Шведов мне уже весь мозг выел на этот счет. – Вера останавливается возле двери и растерянно озирается, видно, вспоминая, куда повесила куртку.

– Сейчас помогу, только тарелки отнесу, ага? – говорю я, но не успеваю ничего сделать.

– О, Вер… А ты чего – уже домой?

Никогда я не видела своего мужа настолько пьяным, что его даже слегка штормит. Вера тоже удивлена. Вздернув брови, наблюдает с улыбкой за Юркиным неуверенным продвиженьем вперед.

– Что это Юрий Игоревич так расслабился? – интересуется шепотом.

Поделиться? Я не замечала за Верой любви к сплетням. Но учитывая то, что ей, возможно, придется в будущем пережить процедуру ЭКО… Нет-нет. Что пугать человека?

– Понятия не имею.

– При чем здесь биология? Это к психологам больше, впрочем, насколько мне известно, продолжительность жизни и технологический процесс сильно этот момент отсрочили. В той же Японии тридцатка сейчас – это как наши восемнадцать. Ой…

Да, ой! Оборачиваюсь на грохот и бегу к кухне. Юра валяется на полу.

– Ты в порядке?"

"– Ага. Поскользнулся на… Кимчи? Какого черта… – моргает тот осоловело.