Да здравствует королева! (СИ)

В том, что наша родина оказалась в долгу — хотя о тратах полученных денег стоит спросить и лорда Неллера! В том, что я не смог защитить его величество Этара… Но в том, что именно я погубил вашего отца, — его голос дрогнул, — обвинения в этом разбивают мне сердце.

— Хватит ходить кругами, — Аделик лишь нахмурился, не поощряя спокойствие. — Отвечайте по существу! Вы должны были добыть деньги в дар, но взяли в долг. Как так вышло?

— Ваше высочество… переговоры и людские души — не всегда та наука, в которой доступен чёткий расчёт! Я договорился с его величеством Дархемом, что тот поддержит нас в тяжёлый момент.

Так и должно было случиться. Но… — Балуар горько улыбнулся. — Всё изменилось зимой. Стараниями в том числе милорда Шинара, который стоит рядом с вами.

Жених резко усмехнулся.

— Не сомневался, что вы это скажете.

— Не сомневаюсь, что вы найдёте, чем ответить. — Балуар вдруг приподнялся, и в его глазах мелькнула ярость, которой я тоже не наблюдала… никогда раньше. — Я скажу, что вы вторглись в мои покои, милорд.

Настроили против меня его высочество Аделика и леди Лиату! В то время, как именно ваши действия, ваши недавние требования в Асхеме расстроили наши отношения, перечеркнули всю мою работу — и вам об этом прекрасно известно!

— Что это значит? — вспыхнул Аделик. Обернулся к маларцу.

— Что ваш отец хотел мира и общего союза, как я и говорил, — Балуар лишь склонил голову. — И милорд Шинар этим… воспользовался по-своему. Он попросил руки вашей сестры, добился согласия. А после, уже зимой, побывал в Асхеме, и его миссия устроила там настоящий скандал.

— На какой почве? — Брат подался вперёд, и мне захотелось тоже.

— Потребовав отдать Маларии спорный участок земли на границе — небольшой, но важный. Несколько горных угодий. Уверен, эти требования подкреплялись историческими пактами, но в сути своей несли оскорбление. Они разъярили, настроили соседей против нас.

— Как именно?

— Возможно, всё вышло случайно — правда, милорд Шинар? — В голос Балуара вновь вернулась осторожность, которая мешалась со слабой горечью.

 — Или вы признаетесь, что разыграли партию? О вашем союзе с леди Лиатой к тому времени стало широко известно, достаточно было сделать пару намёков — и вот я уже получаю письма, в которых меня зовут вероломным подлецом!

— Вам лучше знать, с чего вас так зовут! — рыкнул Шинар. — Вы лебезите передо мной в один день, а в другой — сваливаете вину, передёргивая события!

— Я? Позвольте, я призываю верить не моим словам.