Да здравствует королева! (СИ)

Что он может сделать? Выхватить оружие из тайника и навредить кому-нибудь из нас? Покончить с собой? Разум замутило — сама не знаю, откуда в нём взялись столь жестокие мысли.

Святейший не выглядел хитрецом, которого застали врасплох. Его руки слегка дрожали. Привычные черты осунулись — в страхе, от обиды? Таким я старца ещё не видела, хотя вряд ли стоит удивляться!

Он просто слишком… откровенно подавлен.

— Вот, — прошептал Балуар, когда ему позволили открыть тайник и извлечь оттуда очередную стопку.

— Почему эти записи не у меня? — сжал зубы Аделик.

— Потому что так велел мне его величество Этар… Мой лорд, здесь речь о тех материях, которые мы хотели скрыть от посторонних глаз. — Балуар резко бросил взгляд на Шинара, на стражу, и поднял руки. — Мы так решили! Впрочем, вы можете решить иначе! Но здесь перечислены господа, которых мы считаем друзьями Литании, и цена их дружбы.

— Интересно, не считают ли эти господа Литанию вражеским лагерем?

О Боги, Аделик непреклонен, но слова святейшего больно кольнули грудь. А вдруг он не врёт? Вдруг то, что мы увидим, не предназначено… хотя бы для Шинара?

Жених стоял ровно, сложив руки на груди и словно пытаясь заморозить святейшего взглядом. Но моего брата не перебивал, всем видом демонстрируя уважение. Есть ли ему что добавить, на самом деле?

Аделик кивнул стражнику, чтобы тот передал ему стопку, и я лишь скосила глаза.

Листы были исписаны мелким, порой ломающимся почерком. Взгляд схватил цифры и имена. А также даты, время встреч, описания мест и деталей, которые не удалось разобрать сразу — всё было записано настолько тщательно, что мне захотелось приоткрыть рот.

Будто каждое слово Балуар надеялся передать, если вдруг… не сможет донести лично?!

— Что ж, потребуется время, чтобы всё это изучить, — решил Аделик и пододвинул себе кресло.

"— Учитывая, что с вами милорд Шинар, я не удивлён, что вы пришли искать врагов среди моих связей в Асхеме, — сказал он негромко. Выдохнул. Схватил воздуха ещё раз. — Ваше высочество, Леди Лиата… Меня можно обвинить во многом.