Да здравствует королева! (СИ)

А ещё… да чего только о нём не услышишь. Руки принц сложил за спиной, в глазах застыло неясное выражение: то ли грусть, то ли скука.

У меня мурашки побежали по коже.

Вот мы с Сареном синхронно вышли навстречу. Поклон от брата, мой чинный реверанс. Шинар вежливо, глубоко согнулся в ответ и начал:

— Ваше высочество. Леди Лиата. Искренне сочувствую вашей утрате. Ваш отец был достойным правителем и примером для подражания.

Слова прозвучали сухо, но не менее искренне, чем у вельмож. От этого на сердце чуть полегчало.

— Благодарю, милорд Шинар. Рад видеть вас в добром здравии, — занялся разговором Сарен. — Как ваши родные?

Ещё несколько минут мы принимали тёплые слова от свиты маларца. Герцог Неллер, королевский советник, взялся представлять нашу знать и попутно приглядывался к гостям. Те расшаркивались, переговаривались, болтали о пустом. Аделик их безупречно поддерживал. Две моих фрейлины, Ролла и Ана, ахали за спиной о чужеземном принце.

Другие женщины называют Шинара красивым — мужественным и сильным.

Считают, что его не портит даже шрам — давнишний, белёсый, бегущий ниткой от брови по щеке. Но разве могут иначе судить о потомке короля? И передо мной часто рассыпаются в комплиментах, хотя родись я прислугой, наверняка слыла бы в лучшем случае «миленькой девочкой».

И как я ни стараюсь бороться, меня принц Шинар приводит в ужас.

Говорят, он маг. Из тех, что творит чёрные заклятья у себя в башне по ночам. Говорят, он успел побывать на войне и показал себя умным, расчётливым полководцем.

Он старше меня на восемь лет, и между нами пропасть… прожитых лет, опыта, чувств. Но тем не менее, взгляд маларца раз за разом цепляется за меня. От этого я чуть не запинаюсь, обсуждая такую глупость, как карету его спутников.

К счастью, скоро Аделик пригласил гостей в другую залу — туда, где можно присесть, дать отдых уставшим ногам после дороги. Здесь встречали небольшие столы и уютные кресла, слуги порхали рядом, предлагая закуски и вино. Маленькая передышка для маларцев. Торжественный обед в их честь устроят позже, уже вечером.

Волна людей увлекла меня вперёд и отделила от братьев, от фрейлин, ото всех… На минуту-другую я оказалась рядом с Шинаром. Когда поняла, бежать было поздно. Да и все приличия умоляли обмолвиться с принцем хоть парой слов. Я робко набрала воздуха в грудь, надеясь, что маларец этого не заметит. Шинар развернулся. Холодные серые глаза встретили меня заинтересованным, но колючим взглядом. Будто снежинки легли на лицо.