Да здравствует королева! (СИ)

Намеревалась заглянуть в глаза того, кто пытался убить всю мою семью — но вдруг поняла, что не хочу.

Последние секунды жизни моего врага проходили в полной, звенящей тишине: всё вокруг удивительным образом застыло.

А потом… Кажется, сознание помутилось ещё на миг. Губы предательски дрожали. Ближайшие из воинов снова двинулись, норовя окружить меня — но я остановила:

— Не надо.

Перевела взгляд на Шинара. Мой принц развернулся, невредимый на вид, только с кровавым лезвием в руке. Тем, что… кажется, должно было служить знаком мира.

Странно и невозможно.

— Ты не ранен?

— Нет. Всё хорошо.

Ещё пара секунд — закрыть глаза, сжать руки, глубоко вздохнуть… А затем я подняла голову и медленно, с чувством оглядела всех собравшихся вокруг людей. Останавливаясь на краткий миг на каждом лице. Запоминая. Желая и одновременно боясь отпустить это мгновение.

— Присягните мне на верность, — сказала просто.

Но этого хватило.

Один за одним, они — во всём зале — опускались на колени. Головы пригибались, плечи расслаблялись, ладони оставляли так и не выдернутые мечи, чтобы лечь на грудь.

— Спасибо, — почти прошептала я.

Всё закончилось.

* * *"

"Книгу действительно нашли в покоях Неллера. Пустую. Я провела пальцами по старой, кое-где треснувшей коже на обложке — и поёжилась.

— Она может пригодиться? — спросила Шинара. Тот покачал головой. — Тем лучше. Унесите её.

«А потом сожгите — как только мы разберёмся с проклятиями».

Охранники поклонились, заверили, что всё исполнят. И скоро ушли, даря нам с принцем пару минут наедине.

Едва дверь закрылась…

Я многое, столь многое хотела сказать — но ничего не успела.

Он вдруг схватил меня за плечи и сжал в объятьях.

Так крепко… Так..! Как никогда раньше. Руки стиснулись на спине, губы припали к волосам, хриплое дыхание ворвалось в уши и обожгло кожу.

— Прости, что давил на тебя, — прошептал Шинар. — Что не хотел прислушаться вовремя. Ты ведь была права насчёт Сарена — ты очень во многом была права.

Его сердце стучало рядом — быстро, гулко. Удары отдавались в моём собственном теле и кружили голову. Я зарывалась лицом в мягкую чёрную ткань, терялась в знакомой темноте, и отвечала, тоже обхватывая его грудь:

— Прости, что сомневалась.

— Всё будет хорошо.

— Я знаю.

Мы стояли так, позабыв о времени и мире — пока я не попыталась робко отстраниться. Получилось, хоть и не с первого раза.