Чувство реальности

Вся такая свеженькая, новенькая, будто только что сошедшая с обложки умеренно-интеллектуального молодежного журнала, вся сверкающая здоровьем, промытая до блеска, пропахшая туалетной водой «Кензо» и мятной жвачкой.

Встречать в аэропорту ее должен Стивен Ловуд, сотрудник посольства США, официально – заместитель атташе по культуре, на самом деле офицер ЦРУ. Маша знала его в лицо, когда-то он преподавал в разведшколе. По легенде Ловуд был близким другом ее родителей, погибших в автокатастрофе. Макмерфи удачно это придумал.

По радио объявили, что через несколько минут пассажирам будут предложены беспошлинные товары «Аэрошопа». Поскольку самолет все еще находится в зоне гранулентности, пассажиров просят вернуться на свои места и пристегнуться ремнями безопасности. В дверь туалетной кабинки настойчиво стучали.

– Занято! – крикнула Маша.

Из потайного кармана сумочки она достала плотный маленький конверт. Внутри лежала тонкая стопка фотографий.

В дверь опять постучали.

– Одну минуту! – крикнула Маша.

– Девушка, с вами все в порядке? – громко спросила стюардесса.

– Да!

– Тогда выйдите и вернитесь на свое место.

– Да, сейчас!

Маша принялась не спеша, внимательно рассматривать каждый портрет, затем мелко рвала и бросала в дырку унитаза.

Уничтожив портреты, все до единого, она нажала рычажок слива. Разноцветные клочки со свистом исчезли в воздушном пространстве, где-то над Атлантикой.

Глава девятая

У Евгения Николаевича Рязанцева так дрожали руки, что он не мог расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки.

– Я могу побыть один? – спросил он глухо.

– Здесь? Или проводить вас в кабинет главврача? – вежливо уточнил майор ФСБ Птичкин.

– Здесь. С ней.

Все молча вышли. Дверь оставили приоткрытой.