Чувство реальности

Глаза, обычно слегка сощуренные в ироничной улыбке, были широко открыты. Взгляд мертво застыл, уголки губ оттянулись книзу. Перед Григорьевым на несколько мгновений возник настоящий Кумарин, налитый страхом и тоской, не верящий ничему и никому, даже самому себе, глубоко несчастный оттого, что слишком умен для иллюзий."

"– Вы помните майора Демченко из отдела научно-технической разведки? – спросил он, глухо кашлянув. – Да сядьте, не маячьте у двери.

– Конечно, помню, – Григорьев опустился в кресло, – кажется, он сейчас в отпуске в Москве.

– Неделю назад в ресторане «Узбекистан», на глазах десятков свидетелей, Демченко убил свою любовницу. Шарахнул по голове бутылкой от шампанского. Пьян был. Она несовершеннолетняя. Всего шестнадцать. Что скажете?

– О Господи! – только и мог сказать Григорьев.

– Но этого мало, – Кумарин потер переносицу, провел ладонью по лицу и опять стал ироничным светским львом, благовоспитанным сытым дипломатом, – этого мало, Андрей Евгеньевич.

– Идиот, – прошептал Григорьев и покачал головой.

– Кто? Он или я? – с нервной усмешкой спросил резидент. – Знаете, я подозревал нескольких человек. В том числе вас, Андрей Евгеньевич, и Бреденя, в общем, лучших, самых крепких, умных, хитрых. Но Демченко!.. Зачем он им? Тупой, наглый, пьющий. Сколько таких, как он? Вы сказали – идиот, разумеется, имея в виду его, а не меня.

– Потому, что больной человек за рулем опасен для себя и окружающих, – автоматически отчеканил Григорьев прежде, чем удивиться вопросу.

– А больной человек, управляющий гигантской ядерной державой? Насколько опасен для окружающих он? Ладно, можете не отвечать. Вы меня отлично поняли. Вот тут два документа, – резидент вытащил из ящика и небрежно толкнул через стол стандартный плотный конверт с грифом «Сов. секретно», – просмотрите прямо сейчас, при мне.

Григорьев, слегка оглушенный, красный, как помидор, низко опустил голову и углубился в чтение.