Искушение для опера под прикрытием

Во мне борются две личности. Одна готовая трусливо уступить и спрятаться, и вторая, что хочет идти в своем стремлении к свободе до конца. Превозмогая страх, боль и отчаяние, гордо вскидываю подбородок и смотрю мужу в глаза.

– Я не поеду с тобой, – произношу уверенно, сжав руки в кулаки.

– Куда ты денешься, – ухмыляется он и кивает на шкаф. – Я сказал, собирайся.

– Зачем я тебе? – осмелев, решаюсь на откровенный разговор. – Ведь я не люблю тебя и никогда не любила.

Михаил подходит ко мне и присаживается на корточки.

– А его, значит, любишь? – сверлит злым взглядом.

– Да, – ни тени сомнения в голосе. Пусть знает, на что идет.

– Дрянь. – Звонкая пощечина опаляет щеку, отлетаю назад и прикладываю ладонь к горящей огнем коже.

Михаил склоняется надо мной, давя своим превосходством. Берет за подбородок и сильно сдавливает пальцами, вынуждая смотреть на него.

– Не хочешь по хорошему, значит, будет по плохому, – буквально выплевывает мне в лицо. – У тебя есть полчаса, чтобы собраться и спуститься.

Нервно сглатываю и киваю. Шантаж – так подло и мерзко, впрочем, как и всегда. Но деваться мне некуда. Прекрасно знаю, что муж не шутит. А он знает, что я не посмею ослушаться и поставить родных под удар.

– И не забудь стереть с лица этот траур, – небрежно отталкивает меня. – Отныне ты моя счастливая жена. Только попробуй ослушаться… – специально делает паузу, проверяя мою реакцию.

Выходит из комнаты, оставляя меня в гордом одиночестве. Без сил ложусь на пол и даю волю слезам. Вот и закончилась моя свобода. Она была так близка и ярка, но, к сожалению, я оказалась слишком слабой. А Егор так и не пришел мне на помощь. Предал он меня или Михаил что-то с ним сделал, теперь мне уже не узнать… Остается смириться со своей участью.

Глава 17

Егор

Пробираюсь обратно тем же путем, что и уходил.

Вхожу через черный ход, делаю несколько шагов к лестнице и замираю, услышав характерный щелчок справа. Твою ж мать, сердце ухает вниз. Второй раз за несколько часов в меня целятся из ствола.