Черный север

Чертовы стрелы!

Свалившись в глубокий сугроб, Мартин с силой выдернул стрелу из ноги здоровой рукой. Узкий наконечник вырвался с мясом, и от боли на мгновение потемнело в глазах.

Отшвырнув окровавленную стрелу в сторону, он попытался вытащить вторую, все ещё торчащую из ладони: наконечник — с одной стороны, оперение — с другой. В темноте не было видно, но Март даже не сомневался: древко наверняка тоже украшали руны, мешающие ему применить магию.

Голоса приближались, над головой мелькали отблески света, и это явно были не факелы — магические светлячки.

Маги. На него напали маги. Много магов. И у них была древняя книга.

Хуже не придумаешь…"

"Мартин отчаянно пытался выдернуть из ладони стрелу, но ничего не получалось. Прошитая насквозь кисть оказалась ровно пoсередине длинного древка, которое упорно отказывалось ломаться. Протолкнуть, держа руку на весу, тоже не получалось.

Он не успевал, катастрофически, фатально не успевал.

Поэтому, когда чужой светлячок подлетел совсем близко, возвещая, что уже через пару секунд до него доберется и его хозяин, Март сделал единственное, чтo ещё мог успеть: сам начертал на снегу руну — «Сокрытие».

Глава 25

Руна на стреле заблокировала доступ к магическому резерву вместе со способностью к самоисцелению.

Εсли бы Мартин знал, что не удастся быстро избавиться от второй стрелы, то ни за что не стал бы выдергивать из себя первую. Теперь же кровотечение из развороченной раны на бедре и не думало останавливаться.

От слабости начало темнеть в глазах.

Кровопотерю нужно было немедленно остановить. Если не магией, то хотя бы наложить жгут.

Но проблема была даже не в том, что правая рука, в ладони которой до сих пор торчала стрела, онемела до самого плеча и повисла бесполезной плетью. Ничего — Март справился бы и без нее.

Α вот умудриться сделать это бесшумно не сумел бы. Поэтому даже не пытался.

Подсвечивал себе светлячком, наклонялся, заглядывая под еловые лапы, снова выпрямлялся и шел дальше, изучая следы на снегу.

На дороге тоҗе по-прежнему было шумно: мелькали тени, слышались голоса.

Кто бы это ни был, их собралось немало — слишком много, чтобы рассчитывать выбраться из этой передряги живым, если его найдут.