Черный лис. Том 2

И если бы не вы…

— Мальчики?

Наконец-то она надела очки. Те самые, в золотой оправе, которые я уже видел неоднократно на столике, у неё в руках, где угодно — но не на её лице.

По стёклам очков бежали странные всполохи, и я вспомнил ранние модели кибер-спейса, которые у нас, на Ёшики, давно научились встраивать в радужку…

— Алгоритмы, — пояснила она. — Помогают мне держаться в курсе того, что творится в мире. Я зову их мальчиками — просто так, из каприза. В названии нет скрытого смысла.

— Хорошо, я понял. И что дальше?

— Дальше? — она сняла очки и протянула мне.

Я послушался.

И вдруг в салоне появилась Белый Лотос. Она сидела в соседнем кресле, как ни в чём ни бывало.

Снял очки — изображение пропало.

— Я думал, что иллюзиями у вас занимаются сэнсэи.

Мне стало не по себе от того, насколько изображение Хякурэн была реалистичным.

— Это не иллюзия, — подала голос Салтыкова. — Воссозданное в мельчайших деталях изображение человека. Шивы Дестроера. На этот раз — без обмана.

Глава 17

Я разом вспотел.

Мы неоднократно встречались, я разговаривал с ней, я даже произносил ключевые фразы — Шива не мог на них не отреагировать!

Интонация, модуляции голоса, особые словосочетания и звуки.

Я уже говорил, что директивы Кодекса вшиты в подкорку посланников на клеточном уровне.

Шива — бывший посланник, ренегат. Как-то он научился обходить директивы, но некоторые, самые глубинные коды, нельзя выжечь и калёным железом.

— Я вам не верю.

— Почему? — взлетели идеальные полукружья бровей, чуть выше переносицы образовалась морщинка.

— Белый Лотос не может быть Шивой. Я проверял её. Я уверен.

И вот сейчас я наконец-то увидел настоящую улыбку мадам Салтыковой. Щеки её приподнялись, сделавшись, как наливные яблочки, чётко очерченные губы разошлись, обнажив ровные, не слишком крупные зубы… На один миг, всего на один, она стала похожа на добрую бабушку.

— А с чего вы взяли, что это Хякурэн?

Выглядит, как панда, мурлычет, как панда, но это не панда… — вспомнил я странную загадку мальчика По.

— Вы позволите?..

Не дожидаясь разрешения, я вновь надел очки в золотой оправе. Фигура Хякурэн возникла, как по волшебству, прекрасно вписываясь в соседнее кресло.

Одного правильного, основанного на знаниях посланника взгляда хватило, чтобы понять: Салтыкова права. Это не она. Разрез глаз чуть длиннее, линия подбородка, идущая от уха вниз, более тяжелая. А вот нос — нос совсем другой.