Черный лис. Том 2

 — Зачем журналисты это сделали?

— Как это зачем? — Фудзи презрительно фыркнул, не понимая моего недоумения. — Сенсация! Принц, который пропал десять лет назад, вдруг нашелся. Мало того: он стал очень сильным сэнсэем, а ещё спас мост — гордость Ямато… Есть чем похвастаться.

— Теперь вас нельзя убрать по-тихому, — вставил водитель. — Если раньше наместник мог просто отдать приказ своим хатамото — и вас тю-тю… То теперь, когда вы стали героем — любое действие против вас покажет его слабость.

— И сделает тебя мучеником, — ухмыльнулся Фудзи.

— Погляжу, ты очень доволен тем, как всё повернулось, — проворчал я. — Только меня забыли спросить.

— Привыкай, — мы неслись уже на совершенно запредельной скорости. Я даже не думал, что лимузин может выдать такую. — Ты больше себе не принадлежишь. Когда вмешивается политика — о себе приходится забыть.

Под колёсами вдруг зашуршал гравий — мы свернули со скоростного шоссе на обычную дорогу, в это время совершенно безлюдную.

— Что ты задумал? — спросил Фудзи у водителя.

— Пора выяснить, что им надо, — ответил тот. Скорость он немного сбавил, как бы позволяя себя нагнать. — Не будем же мы кататься, пока топливо не кончится. Да и к семпаю с таким подарком ехать негоже.

Впереди был небольшой лесок. Ну как лесок? Скорее, роща. Сосны, буки со светлой, почти белой корой, несколько лавровых деревьев — они выделялись на общем фоне характерными глянцевыми листьями. Дорога уходила в рощу.

Как только деревья скрыли нас от посторонних взглядов, откуда ни возьмись, появились два мотоциклиста.

Мотоциклисты сразу открыли огонь.

Пули забарабанили по дверцам, по стёклам, по капоту… Колян продолжал ехать, как ни в чём ни бывало.

— Бронированный корпус, — пояснил он нам через плечо. — Пуленепробиваемые стёкла, в колёсах — гель. Так что не ссыте, ребятки. Мы всё равно, что в крепости.

Несмотря на слова водителя, чувствовали мы себя неуютно.

— А теперь — сюрприз, — сказал Колян и нажал кнопку на панели управления. Мы с Фудзи с любопытством приникли к окнам.

Из дисков на колёсах вдруг выскочили длинные острые штыри с изогнутыми металлическими лезвиями. Лезвия вращались.