Черный лис. Том 3

Государственный аппарат. Вот что Любава хотела сказать. Чистильщику обуви, если его наймут во дворец — нужно будет где-то жить. Получать довольствие. Зарплату. Для всего этого нужна уйма документов. А без Печати ни одна подпись не будет действительной.

Хранители! Благословенна будь бюрократия…

— Но зачем тебе понадобилась форма охранника? И как ты собиралась получить её, не будучи вооруженной?

— Затем, что я всё-таки пленница, — запальчиво ответила Любава. — И просто не могу подойти к Окигаве вот так, запросто…

— Но не проще ли было стянуть одежду горничной? Переодеться служанкой — ведь кто-то же приносит хранителю чай?

И тут я увидел, что такое настоящая ярость.

— То есть, ты хочешь сказать, что я недостойна носить форму?

Я открыл рот.

— Что не гожусь ни на что, кроме как подавать чай?..

Я закрыл рот.

— По-твоему выходит, что женщина недостойна надеть мужскую одежду даже для спасения своей жизни?

— Я всего лишь хотел указать, что прикинувшись служанкой, было бы гораздо проще стырить ключи… — yя немного повысил голос, чтобы не дать ей вставить хоть слово.

— Ты сама говорила, что Хранитель — глубокий старик. Наверняка он слеп, как крот, и не отличит одну фигуру в юбке от другой. Но охранник — это ведь другое дело. Зачем ему подходить к Хранителю?.. К тому же, если ты вырубишь целое подразделение охранников — это очень быстро заметят. И самое главное: мне очень интересно, как ты это сделаешь, будучи безоружной, — и я посмотрел на девушку вопросительно и требовательно.

Главное, не дать ей опомниться.

Не дать снова перейти в наступление.

— Ну… Я хотела воспользоваться своими женскими чарами.

Я моргнул. То есть, всё дело в том, КТО об этом говорит. Ла-а-адно…"

"— Давай так, — я подвёл её к двери и вложил в руку игольник со снотворным. — Вот этим ты вырубишь охрану. Я тем временем поищу какие-нибудь женские вещи. Кажется, в соседних комнатах должны быть сундуки с какими-нибудь тряпками. Потом мы встретимся у входа, Я переоденусь служанкой, а ТЫ отведёшь меня к Хранителю.

Лицо Любавы выразило глубочайшее недоверие к моему плану.

— Ну что ещё?..

— Не думаю, что у тебя получится сыграть женщину.

Я закатил глаза. Но только мысленно: не дай Хранители, заметит. В этом случае мы будем препираться до тех пор, пока крыша дворца не рухнет нам на головы.

Как я жалел, что привёл её в чувство, а не сбросил прямо в подземелье, по стёршимся каменным ступенькам. Голова-ноги, голова-ноги…

— Хорошо, — я послушно и преданно кивнул.