Черный человек

– Можно подумать, что ты иначе решаешь проблему питания, – сказал Мальгин, отвечая иронией на иронию. – Чтобы питать такие мышцы, надо в день съедать по два слона.

– Не обязательно, – ухмыльнулся Железовский. – Достаточно получасовой электроподзарядки. Хочешь научу?

– Научи, – с недоверием взглянул на Аристарха Клим.

– Только, ради бога, не здесь, – поспешил вмешаться Ромашин. – Клим, надо поговорить, есть проблемы.

– Тогда поднимемся ко мне наверх.

Заремба хотел было поучаствовать в беседе, но Мальгин выразительно покачал перед его носом пальцем, и молодой хирург вынужден был оставить компанию.

В уютном кабинете Мальгина они расселись по креслам, подогнав их по фигурам, и первым делом выпили по стакану березового коктейля: березовый и черносмородиновый сок, несколько капель лимонного, рябинового и мятного и газ. Железовский присмотрелся к изящному кокосу Мальгина, в глазах его зажглись насмешливые огоньки.

– Харитон, – сказал вдруг инк климовского костюма, так что тот вздрогнул: хирург ни о чем его не спрашивал и реплик не ждал.

– Ты что? – мысленно спросил он, ощущая постороннее пси-давление: будто ветер подул через голову.

– Он спросил, как меня зовут, я ответил, – флегматично отозвался Харитон.

– Почему же я не услышал тоже?

– Потому что моя передача потоньше, – раздался в голове Мальгина характерный, как удар гонга, пси-голос Железовского, сопровождаемый трассами желтых вспышек «перед глазами». – Ты должен был почувствовать только фон, резонансный «хвостик».

Мальгин кивнул. Математик, довольный эффектом, засмеялся – словно загрохотали камни, скатываясь в пропасть.

– Может быть, перейдем на звук, джентльмены? – вежливо осведомился Ромашин.

Железовский и Мальгин подняли вверх ладони, пальцы которых засветились вишневым накалом, будто раскаленные стальные прутья, а потом между ладонями проскочила с шипением синяя искра, – и свечение погасло.

– Поздравляю, мастер, – ухнул Железовский. – Кое-чему ты научился. А как насчет пси-блока?

– Попробуй пробить.

Оба замолчали: один пытался закрыть мозг от прослушивания, другой проникнуть за барьер защиты.

Лоб Мальгина заблестел от пота, а чудовищные мышцы Железовского напряглись так, что, казалось, лопнет кокос.

– Ну-ну, вы поосторожней, – забеспокоился Ромашин, до которого эхо схватки докатилось в виде всплесков шума. – Еще поломаете мне чего-нибудь ненароком, я не интрасенс, блоки ставить не могу."

"– Годится, – сдался наконец математик.