Чернокнижник. Черная Месса

В реальности жили только маги и в их колдовстве Алекс пока не нашел ничего красивого.

— Прости, — произнес он. — Я не могу.

Лиза еще не успела хоть как-то отреагировать, как парень нагнулся к её уху и прошептал.

— Lehit’orer.

Дум произнес ключ, повторяя старательно заученное на иврите слово.

Как давно он понял?

Лиза отпрянула. Её глаза бешено завращались в глазницах, создавая впечатление наличия нескольких зрачков.

Что она могла видеть сон про убийцу Метфилдов и знать такие подробности?

Рот леди открылся так широко, что нижняя челюсть почти коснулась ямочки у основания горла.

Лиза слишком хорошо выглядит и держиться, чтобы жаловаться. У неё не могла кружиться голова просто от пробежки по крыльцу. В то время как Дум повесил достаточно чар, чтобы не пустить в свое временное убежище враждебно настроенных потусторонних тварей.

Она согнулась, будто олимпийская гимнастка, просунув голову между ног и коснувшись подбородком пола.

Как немного неуклюжая Лиза смогла с такой скоростью добраться от дома на озере до кафе? Она приехала на место меньше, чем за полчаса. Хотя рядом с кафе не стояло её фордика. Как выяснилось позже — он был брошен около леса.

Её лицо изменялось. Трещали скулы, змеился удлиняющийся язык, а зубы вытягивались акульими клыками. Платье окончательно лопнуло и открыло вид на некогда красивую грудь.

Стронтон не могла забыть такую важную деталь, как особенность ""магии"" Дума. Она бы не задала вопрос — что в нем необычного. Никогда, если бы только услышала его. Вернее — услышал голем, завладевший её ""я"". Но он не слышал, потому что тогда на кухне рассказ Дума слышал не он, а настоящая Лиза.

Монстр опустился на четыре конечности. Художники часто представляют голема в виде гуманоидного верзилы, на деле же это был Адский лев.

Лиза не могла внезапно научиться стрелять. Её просто никто не учил — это если верить обмолвкам в больнице. А хладнокровием обычные школьницы уж точно не отличаются. Девушка вряд ли могла выстрелить и в птицу.