Чернокнижник

Одри сидела, насупившись, в клетке и, увидев меня, вскочила. Окинула злым взглядом. Хмыкнула и… рассмеялась.

— Да уж, охотник из тебя никудышный!

— Просто здесь ничего не водится, кроме… этого! — возмутился я.

— Кроме мышей?

— Это не мышь. — Я поднял за хвост тушку. — Это что-то вроде хорька. Только маленький.

— Лекс. Это мышь.

Я пожал плечами и сунул добычу ей в руки. Ну мышь так мышь. Это единственное, что попало в мою магическую ловушку, пока я прощупывал потоки силы и пытался разобраться с их направлением.

Насколько я понял, поток реагировал на чужеродную магию определенной силы, моя ловушка или аркан левитации не вызывали возмущения фона, а вот портал — да. И как это изменить, я пока не понимал.

— Прекрати хихикать, тебе не идет. И собери хворост для костра.

Одри картинно осмотрелась. Вокруг торчали черные камни-иглы, ветер гонял редкий снежок по граниту. Хвороста здесь не было. Оглушенная мышь пришла в себя и забила лапками, Одри взвизгнула и уронила тушку.

Мы проследили, как улепетывает, не веря своему счастью, наш несостоявшийся обед.

— Вонючая задница! Одри, ты что, не могла ее удержать?

— Я думал, она дохлая! И не ругайся при мне!

— Сама ты дохлая, — буркнул я. — А дичь должна быть лишь слегка оглушенной. Чтобы мясо дольше оставалось свежим.

— Конечно, можно даже не жарить, от сырого откусывать! — съязвила Одри. — Чтобы свежее было!

— Это называется сыроедение, — нашелся я.

— Это называется кто-то хреновый охотник!"

"Мы со злостью уставились друг на друга.

Одри смотрела рассерженно, глаза сверкали, грязные щеки порозовели от гнева, и грудь бурно вздымалась в вырезе платья. Я сглотнул, уставившись в этот вырез. И понимая, что обедать я перехотел. И сейчас все мои мысли лишь о другом голоде. Кровь заколотила в ушах, губы пересохли, и штаны стали мешать. Шагнул к ней, словно веревкой привязанный, уже представляя, как стащу с соблазнительного тела все эти тряпки…

Одри отступила на шаг и закуталась в плащ, скрывая от моего голодного взгляд вожделенную ложбинку.

— Я… я думаю, что мы найдем… какие-нибудь ягоды. Может быть. Надо поискать, — пробормотала она, старательно отводя взгляд.

С моих пальцев сорвался непроизвольный файер.

Ягоды. Конечно. Уже бегу!

Развернулся и ушел. Вернувшись, молча разжег огонь на плоском камне, установил сверху другой, нарезал на куски сбитую птицу. Одри наблюдала все мои действия молча. Поели тоже в тишине, девушка на меня старательно не смотрела.