Человек закона

Ким Бака подошел к решетке.

— Сколько ты еще будешь тут меня мариновать? — сердито поинтересовался он. — Если меня хотят судить, чего дожидаются?

— Судья подъезжает. Мы ему по дороге. — Борден взялся за прутья. — Ким, можно ли считать тебя мужчиной?

— Чего? — Лицо воришки покрылось краской. — Это что за разговоры такие? Я такой же мужчина, как любой чертов сын, не хуже, и я тебя…

— Твое слово чего-нибудь стоит? Я слыхал, что да.

Ким таращился на него во все глаза. Недоумевающий, настороженный.

— Мое слово — железное.

— Против тебя дело — начать и кончить. Засадить тебя нам легче легкого. Ты это понимаешь, нет?"

"— Достану хорошего адвоката.

— От этого много проку не будет, а вот если поможешь мне, возможно, и тебе что обломится. Мое слово судье может на него повлиять.

— Что значит «поможешь мне»?

— Мне понадобится уехать. Кто-то в городе хочет меня хлопнуть. Нужно, чтобы ты наблюдал и высмотрел человека, который последует за мной. Покинет город, во всяком случае.

— Как же я буду наблюдать, сидя тут? Из этого окошка много не высмотришь.

— На это я не рассчитываю. Ты мне дашь слово, что не сбежишь, и я пущу тебя погулять.

— Ты… чего?

— Устрою тебе то, что называют условным освобождением. Сможешь ходить по улицам, есть в ресторане, заказывать выпивку, только выбираться за пределы города права не получишь. И все, что от тебя потребуется, — это следить за отъезжающими и не разевать пасть.

— И не побоишься, что я тебя надую? Смотри, маршал, сопру вот одну из твоих же лошадей — только ты меня и видел.

— Я на нем поеду.

— Ну, другую какую-нибудь. Почем ты знаешь, что я ничего такого не выкину?

— Нипочем не знаю. Ставлю на то, что ты — человек слова.

Борден Чантри вставил ключ в замок и отомкнул дверь камеры.

— Вылазь, Бака. А чтобы народ уяснил, что тебе дозволено шататься по городу, пойдем сейчас в «Бон тон», и я угощу тебя кофе.

Глава 14

Лэнг Адамс сидел у окна, когда они вошли. Присси заняла вместе с Элси столик, Хайэт Джонсон устроился у другого окна, и все они уставились на вошедших: Борден Чантри и Ким Бака.

— Ну и ну! — Лэнг, улыбаясь, перевел взор с одного на другого. — Удивительные дела творятся!

— Большого Индейца сегодня не будет, — добродушно сообщил Борден, — так что Бака под честное слово отпущен ходить по городу.

— Рискуешь, а? — выразил сомнение Лэнг. — Для меня не будет сюрпризом, если он ухватит еще лошадь и покинет наши края.

— Этого он не сделает.