Человек закона

Ну, знаком, как со всяким… здороваюсь на улице. Было еще как-то…

— Чего было?

— Ну, я тогда подросток еще был, лет семнадцать, может… но считал себя таким ухарем — что ты! Может, и был не из слабаков… во всяком случае, ходил тогда туда один здоровенный рудокоп… когда работал, он был рудокоп… и попробовал на Мэри Энн нажать. Денег хотел. Давай, говорит, или разнесу я твою халупу и больше тебе тут не работать. Одна из ее девушек — я ее знал, когда она еще фермерской дочкой была — она мне об этом рассказала.

— И что же дальше?

— Я его отвел малость в сторонку и, как Сэкетты ни скажут, почитал ему из Библии.

Только вот мне было семнадцать, и он меня всерьез не принял. Поначалу то есть. Пришлось малость вправить ему мозги и наставить на верный путь. В сторону Калифорнии.

— И он уехал?

— Когда я последний раз его видел, он задерживаться не собирался. У него зрение слегка испортилось, но двигал он в правильную сторону.

— Значит, Сэкетт пошел к Мэри Энн.

— К дому подошел, во всяком случае, и они его впустили.

Долго не пробыл — в первый раз. Но думаю, он их знал. Или самое Мэри Энн, или кого-то там еще, потому что я заглянул в окно, а он там сидит и пьет с ними кофе.

Следующее дело, выходит — это зайти к Мэри Энн Хейли. Чантри поднялся.

— Придави малость подушку, Бака. Чего еще вспомнишь — все равно чего — буду рад послушать.

Поколебался немного.

— Знаешь, Бака, полицейским ведь меня поставили за неимением лучшего. Для этой работы я плоховато устроен. Но, как бы ты ни считал, в этих краях будет установлен правопорядок.

Этот Сэкетт, его не на поединке убили. А умышленно. Подстерегли. Или, может, убил человек, с которым он вместе сидел. Выстрелом в спину, вплотную. Я обязан его схватить. И схвачу.

— Думаешь, это мог быть я?

— Нет, не думаю. Разве что ты сумел меня провести. Но я думаю, что ты знаешь больше, чем сам считаешь. Время посидеть и поразмыслить у тебя есть. Вот и размышляй. Перебери все, что случилось, все, что ты видел или думал, что видел. Потом мне скажешь.

"

"Дневной свет едва брезжил, когда Чантри добрался к себе домой. Размешал угли в плите, поставил греться воду для кофе. Когда вошла Бесс, он спал, положив голову на руки. Приготовив кофе, она потрясла его.

— Что случилось, Борден? Почему ты встал?

— Подумал, что слышу кого-то. Вышел и посмотрел. Потом проснулся Билли, он вспомнил кое-что, и я сходил в канцелярию.

— Среди ночи?

— Важное дело было, Бесс. Билли вспомнил клеймо на той гнедой лошади.