Человек закона

Чантри доел сандвич, прикончил кофе, налил еще чашку и взялся за яблочный пирог. Он уже подносил ко рту второй кусок, когда поймал краем глаза дрожание тени у задней стены банка.

На какое-то мгновение он застыл. Обманулся? Что-то шелохнулось на самом деле? А если нет?

Положив вилку, он вытер грубой салфеткой руки. Встал, попятившись, чтобы сойти со стула, и, мягко ступая, подошел к двери.

Ничего.

А что-то он все же видел. Та собака? «Нет», — возразило сознание.

Дверь открылась легко, едва слышно скрипнув.

Кажется, в салуне никого. Вообще незаметно, чтобы кто-то околачивался поблизости. Быстро добравшись до угла, он глянул туда, где стоял дом девушек. По занавеси проползла тень. Музыки не слыхать. Потом он вспомнил. Мэри Энн больна.

В мексиканском ресторане темно.

Прижимаясь к стене салуна, он дошел до конца и, прячась за углом, узрел громадную тень — Симмонсов склад.

Напрягая зрение, он положил руку на рукоять револьвера, но ничего не увидел. Услышал, даже ощутил, скорее.

Помедлив одну лишь секунду, с бьющимся сердцем перешел к старому строению. Задел носком сапога камешек, он застучал, ударяясь о другие. Мысленно чертыхнувшись, достиг угла и бочком двинулся к двери.

Открыта. Правда, только на несколько дюймов.

Глубоко вдохнул воздух, почувствовал, как во рту высыхает слюна, как размеренными толчками гонит кровь сердце, и ступил во тьму.

Удар он воспринял до того, как тот обрушился ему на голову. Начал было поворачиваться, тут что-то резко его ударило, и Чантри стал падать… и падать… и падать…

Глава 7

Он диким усилием схватил что-то в темноте, скользнул по сапогу, нога брыкнула и освободилась. Послышался топот. Чантри крикнул, начал было подниматься, но свалился обратно в солому.

Должно быть, он потерял тогда сознание, потому что следующим до него дошло, что вокруг стоят люди, а Присси держит его голову.

Тут были Тайм Рирдон, Лэнг Адамс и Альварес из мексиканского ресторана.

— Я слышал, как вы крикнули, сеньор, — сообщил Альварес. — Я хватать ружье, бежать на помощь, но нет никого, только вы на земле — лежать.

Чантри, пошатываясь, встал. В голове звенело.

— Спасибо. Сейчас оклемаюсь.

Присси отступила. Подняв взгляд, Борден увидел: кто-то… Хайэт, кто же еще… стоит в дверях своего дома в потоке света, смотрит, из-за чего сыр-бор.