Человек, который перебегал улицу

Разве извозчики читали романы? Им достаточно сенсаций в «Яунакас Зиняс» или в «Педея бриди» про какого-нибудь болвана полицейского, сообщений Тупиньша в «Айзкулисес» о промышленнике господине Н, который в четверг вечером заперся в отдельном кабинете одного из ресторанов с госпожой М, пробыл там два часа, заказал бутылку французского шампанского и салат из омаров, но, когда они ушли, оказалось, что салат почти не тронут. Изящных манер газета «Айзкулисес» не признавала, она хватала за горло без церемоний, заканчивая свои статейки трафаретной фразой «Подробности в следующем номере».

Хотя в следующем номере подробности почти никогда не появлялись, так как выслеженный официантами промышленник Н бросался к редактору и кучей денег затыкал газете рот. И все же читатели ждали следующий номер с нетерпением. Кто этот промышленник? Хозяин мыловаренного завода, выпускающего знаменитое мыло «Ренол»? Мукомол Скрибе? А кто эта безнравственная дама? Может, какая-нибудь актриса? Но самое главное: разразится или не разразится скандал, привлекут или не привлекут к суду Тупиньша, этот вонючий ночной горшок. Как-то один журнал опубликовал карикатуру, на которой Тупиньш длинным языком вылизывает ночной горшок. После этого прозвище к нему пристало на всю жизнь. Могли ли классики мировой литературы тягаться с Тупиньшем? Читателям, однако, стало чего-то недоставать после того, как в тридцать втором году «Айзкулисес» перестала выходить: студенты, разозленные тем, что газета шантажом довела одну молодую скрипачку до самоубийства, на Юрмалском шоссе остановили машину Тупиньша, разбили ее вдребезги, изорвали в клочья его модные клетчатые бриджи, самого его избили так, что он очень долго лежал в больнице, а редакцию разгромили в пух и прах.

Оба извозчика, бывшие почитатели газеты «Айзкулисес», у которых воровская алчность возрастала с каждой минутой, блуждали по коридорам, вестибюлям, ванным комнатам (в особняке на американский манер имелось несколько просторных ванных комнат) и другим помещениям.

Бессознательно они как бы сочувствовали мелкому жульничеству Тупиньша, ведь он выжимал деньги из богачей; завались Сайсмакс с чужой женой хоть на церковной скамье, редактору до этого не было бы никакого дела.

Они и не подозревали, что Тупиньш несколько раз безуспешно пытался попасть в этот дом. Но здесь жили люди, которые могли с Тупиньшем не считаться, он был для них настолько мелкой сошкой, что здесь его не замечали.