Бывшие. Соври, что любишь

— Да, это Глеб.

Это действительно он. На экране видно, как Глеб рассматривает расписание на стене, а потом выходит к поездам.

— Он уехал на электричке в направлении вашего коттеджного поселка, — рассказывает Настя.

— Есть подтверждение, что он сел в вагон? — спрашивает Максим.

— Да, есть запись с другой камеры.

— Сколько идет электричка?

— Два часа.

— Значит, Глеб уже часа два как должен был добраться до коттеджа. Но не добрался, — заканчивает Макс.

— Ты уверен?!

— Сосед, друг моего отца, сходил туда. Там пусто.

— Может быть, он просто закрылся внутри и не открывает дверь?

— Нет, сосед сказал, что накануне шел снег и теперь дорожки припорошены им. Следов от обуви нет. Настя, нужно найти контролеров из электрички.

— Уже работаем над этим.

Через несколько минут на связь выходит одна из контролеров:

— Я помню этого мальчика, — заявляет уверенно. — Он ехал до конечной, но за пару остановок до конечной его уже не было в вагоне.

— Может, он просто перешел в другой вагон? — спокойно спрашивает Настя.

— Вагоны были полупустые, — пожимает плечами контролер.— Какой смысл ехать два часа на одном месте, чтобы в последнюю минуту перейти в другой вагон.

И снова круговорот. Настя поднимает записи камер конечной точки, станции, где находится коттедж родителей Максима, но на них Глеба нет.

Митя, босс Насти, объявляет:

— Предположительно все было так: Глеб планировал добраться до поселка, но по какой-то причине вышел на предпоследней остановке. Радиус поисков двадцать километров.

Плохо помню дорогу, плохо помню инструктаж. Я просто становлюсь рядом с Максимом и беру его за руку. Он поворачивает голову ко мне и кивает в знак благодарности за поддержку.

Выдвигаемся решительно. Расходимся в разные стороны. Нас координируют и направляют.

Через два часа, ближе к полуночи, по рации сообщают, что Глеба нашли.

Максим летит к сыну, не разбирая дороги, а после падает перед ним на колени.

Глеб в истерике, плачет, дрожит.

— На первый взгляд физически с мальчиком все в порядке, — сухо констатирует Митя, пока я размазываю слезы по лицу.

Дальше все в тумане.

Глеб жмется к отцу, безостановочно плачет, говорит что-то неразборчивое. Максим не переставая благодарит отряд за то, что нашли сына в целости и так оперативно.

Он также подходит ко мне, но я подталкиваю его обратно к сыну — Глебу сейчас очень нужен папа.