Бывшие (СИ)

— Это ты так предложение мне делаешь? — возмущаюсь я, а у самой не сходит улыбка с губ.

— Я уже делал тебе предложение, и ты согласилась, просто мы слегка затянули, — бормочет он.

— Вот нахал! — смеюсь я, зарываюсь в теплые руки, и засыпаю абсолютно счастливая.

Эпилог

— Наши родственники нас с тобой, распнут за такое, — верещу я, и бегу за Стёпой, который тянет меня за руку, в кабинет к регистратору.

Этот торопыга сумел договориться, чтобы нас расписали уже через месяц. Расписали бы и раньше, но в связи с печальными событиями было не до этого, да и сейчас рано для свадьбы, но Стефа было не удержать.

— Потом устроим всем грандиозный праздник, а сейчас я хочу тебя окольцевать, пометить! — фырчит он, и тянет за собой, мимо длиной очереди, что собралась возле кабинета.

— Тебе не кажется, что ты меня и так достаточно пометил! — ворчу я, поглаживая ещё плоский десятинедельный животик.

— Была бы моя воля, — хрипит он мне на ухо, — я бы тебя ещё и не так пометил?

— Что двойню бы мне заделал? — смеюсь я.

— Четвёрню, — скалится он, и тут же при всех жарко целует, так, что ноги подкашиваются.

— Ой, тут кому-то не имеется? — строго спрашивает официально одетая дама, выглядывая в коридор.

— Да нам, — подтверждает Стёпа, придерживая разомлевшую меня за талию. И мы, как когда-то давно, веселим очередь.

Тихо расписываемся, без всяких там гуляний, едем в ресторан, где вдвоём отмечаем это событие.

Всё равно семье сейчас не до праздника, слишком ещё мало прошло времени с похорон бабушки Оли.

Но они все очень рады за нас, а уж как радовались будущему потомству, целовали, обнимали, сетовали, что бабушка не дожила. Но я тихо и печально, кивала, она знала, она всё знала.

После ресторана, едем в наш дом, и Стёпа заносит меня на руках, как положено, вносить, жену. Ставит в гостиной на пол. Я оглядываюсь вокруг. Когда только успел? Всё обставил мебелью. Дом сразу наполнился уютом, и теплом.

Потом повёл меня наверх. Я думала, тащит в спальню, а он открывает дверь одной из комнат, а там оказывается детская.

Во всю стену нарисовано сказочное дерево. На нем распускаются красивые бутоны, и фрукты, поют птички. Под ним стоит кроватка, такая крохотная накрытая кружевным балдахином. Рядом мягкое кресло, сбоку пеленальный столик, колыбелька. Всю такое сказочное, ажурное, словно воздушное печенье. Я от умиления, конечно же, расплакалась.

— Ну, знал бы, сперва бы, спальню нашу показал, — ворчит Стёпа и стирает с моих щёк слёзы.