Бывшие (СИ)

И поэтому, я лежу на разложенном диване, в тишине гостиной моей мамы, выключив телефон, и маюсь без сна. Думая о том, что он возможно уже давно уехал, потоптавшись возле моей двери, и поняв, что меня нет дома. И что завтра на работе он обязательно найдёт способ, донести до меня своё призрение. Может, стоило всё же пойти ему на встречу. Ведь я тоже этого хочу. Очень хочу! Стоит только подумать об этом, и низ живота простреливает спазмом, тянет. Он всегда волновал меня. Что шесть лет назад, что сейчас. Просто сейчас эти чувства острее, потому что, у нас всё острее, на грани.

И он другой. Властный, жёсткий, грубый, срывающийся на нежность, потому что видимо и сам запутался, какой он. Я принимаю его таким, какой он есть. Мне с ним любым хорошо. Только бы не безразличие.

Так чего же, не мчусь к нему, ведь сказал же что приедет. Закрутит в феерию чувств, окунёт в огонь, растворит в пламени. Сгорю снова дотла, до пепла, чтобы как феникс восстать вновь, пронзённая новым прикосновением.

Но не могу, себя преодолеть.

После того как узнала о ней. О них. Давит на меня всё это. И вроде сказал же, что ни с кем, кроме меня. А переступить это не могу.

И поэтому маюсь без сна, и только под утро проваливаюсь в сумбурный сон. А в шесть уже встаю, быстро пью кофе, и спешу к себе. Нужно успеть, перед работой привести себя в порядок.

18

Поднимаюсь по лестнице на площадку, и не верю своим глазам. Стёпа сидит возле моей двери, прислонившись о неё спиной, и спит, что ли?

Он в том же костюме что был, на выставке сестры.

Ноги согнуты, в руках бутылка чего-то темного, похожего на виски. Голова склонена на грудь, дыхание ровное. Как соседи ещё полицию не вызвали?

— Стеф? — я присаживаюсь на корточки, рядом с ним. Вопреки моим ожиданиям, он сразу же открывает глаза, поднимает голову, смотрит на меня мутным взглядом.

— О, Роуз, — тянет неровным голосом, и лезет обниматься.

— Ты чего тут делаешь? — уворачиваюсь я от его лапищи, и встаю. — Совсем с ума сошёл?

— Тебя жду, — икает Стеф и делает глоток виски.

 — Моя госпожа! — добавляет, с елейной улыбочкой. — Хозяйка! Твой верный раб у твоих ног! — продолжает нести чушь.

— Что ты болтаешь? — морщусь я и от запаха, и от слов.

Но он не обращает на это никакого внимания, продолжает идиотски лыбиться, и сидеть в дверях.

— Всю ночь тебя ждал, — снова икает, — где ты была?

— У мамы, — вздыхаю я.

Да если бы я знала, что это всё закончиться так, то конечно бы поехала домой.

— Играешь со мной? — снова улыбается.