Буду жить тобой

Мне самому уже тридцатник! Сколько можно считать меня младшим братиком?

– Ладно, иди к ней. И, по возможности, будь с ней рядом все дни до операции. Она не должна быть одна.

– Хорошо. Спасибо, брат, – протягиваю ему руку. Крепко пожимаю. – Ты помнишь, да? Все финансовые вопросы ко мне.

– Разберёмся, – отмахивается старший брат. – До встречи, Макс.

Развернувшись, он уходит по длинному коридору, а я возвращаюсь в палату. Еву застаю уже одетой. Она сменила больничные вещи на свои и, присев на край кровати, застёгивает сапоги.

– Я помню то нашумевшее дело. Молодой врач – подающий большие надежды кардиохирург – был задержан по подозрению в изнасиловании. Три недели в СИЗО – и его отпустили за отсутствием состава преступления. Дело быстро закрыли, его репутация практически не пострадала. Никто и не знал, что братья этого хирурга по ошибке схватили совершенно невинную девушку и удерживали чёрт знает где, считая её псевдожертвой предполагаемого изнасилования.

Я даже голоса её больше не узнаю. Она никогда со мной так не разговаривала, даже в том доме пять лет назад.

В горло словно иголки воткнули. Я должен что-то сказать...

Подхожу ближе. Вижу, что молнию на сапоге Евы заело, и опускаюсь на корточки, чтобы помочь. Едва мои пальцы касаются бегунка, девушка отшатывается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Всё, Максим! Не надо со мной возиться!

– Что это значит?"

"Старательно пытаюсь поймать её взгляд, но Ева не смотрит на меня.

– Ева... – мой голос болезненно хрипит. – Посмотри на меня!

Её взгляд, направленный куда-то в район моей шеи, медленно ползёт вверх. Он полон разочарования.

– Ты вообще собирался мне рассказать? – слова пропитаны горечью. – Собирался просветить меня о нашем прошлом?

Мне хочется выдохнуть «да», хотя до конца я в этом не уверен.

Я не знал, как лучше это сделать.

– Теперь уже не надо, – печально улыбается Ева. – И возиться со мной больше не надо. Я соглашусь на операцию. Мне её сделают, и я буду здорова. Ты не виноват, что у меня больное сердце, Максим. И не несёшь за меня ответственность. Давай прямо сейчас закончим всё это!

– Это?

Её слова бьют хлёстко, как пощёчины по лицу.