Будет все, как ты захочешь!

– Так вы один едете? На машине? Это же восемьсот с лишним километров!

– Почти девятьсот, если быть точным. К вечеру буду дома. Я уже не в первый раз, привык.

Мы некоторое время ели молча. Вдруг Глеб сказал:

– Татьяна, а поедемте завтра со мной?

– Куда? – не поняла я.

– В Подмосковье. Вы там были? У нас такая красота! Я отвезу вас в Звенигород, посмотрите монастырь… А еще Сергиев Посад…

Глеб начал расписывать, какие замечательные памятники старины у них есть, которые мне просто необходимо посетить. Он уговаривал так, что отказать ему было просто невозможно.

После ужина мы погуляли некоторое время по набережной, потом поехали в гостиницу. Администратор Елена смотрела на меня с испугом.

– Здесь все говорят, что вы арестовали Юлю и обвинили ее в убийстве какой-то девушки, – шепнул мне Глеб."

"Мы зашли в его номер. Какой роскошный он был по сравнению с моим пятым! Здесь была двуспальная кровать, накрытая атласным покрывалом персикового цвета.

Утром, сдав номер администратору, мы поехали ко мне. Я собрала вещи в свой зеленый чемодан, влезла в высохшие за ночь джинсы и джемпер, натянула привычные и удобно сидевшие на ногах кроссовки. Глеб подхватил мой багаж, и мы спустились вниз.

– Быстро ты собралась, – восхищенно воскликнул Глеб, – я думал, часа полтора будешь канителиться, а ты – молодец.

Мы сели в его машину и тронулись. Неужели я еду в Подмосковье? На такой шикарной машине! Мое настроение было отличным. Я еду отдыхать с чувством выполненного долга. Вдруг зазвонил мой сотовый.

– Да, я слушаю.

– Татьяна! Это Валентина Сергеевна, мама Сони. Здравствуйте.

– Да, здравствуйте. Что у вас?

– Сегодня ночью Соня пришла в себя. А утром начала говорить… Она сказала, что это Юля убила Катю. И чаем Соню напоила тоже она.

– Валентина Сергеевна, про все это я уже знаю. Юля арестована. Она сейчас в милиции и дает показания. То, что ваша дочь пришла в себя, это хорошо, я очень рада. А вы в милицию позвоните, Мельникову Андрею, обязательно позвоните. Показания вашей дочери как свидетеля и как пострадавшей очень важны. А я свое дело закончила, мой клиент оправдан. Я надеюсь, Соня теперь пойдет на поправку.