Бродяга

— Кажется, нейросеть не только устанавливается в твоём организме, но и перестраивает его под нужные ей параметры.

— Надеюсь, хвост, и рога с копытами у меня не отрастут, — хмуро отшутился парень.

— Не беспокойся. Ушедшие ничем от тебя внешне не отличались. Да. Всё правильно. Исходя из анализа описанного тобой блюда, она пытается усилить твои связки и сухожилия, одновременно увеличивая твою мышечную массу. Отсюда и твой дикий аппетит. Кстати, ты снова потерял в весе. Она пускает в ход всё, до чего может дотянуться, но при этом, не давая тебе дойти до критического истощения.

Технический дроид притащил судок с какой-то странной желеобразной массой и Артём, насторожено понюхав её, спросил:

— Это надо есть, или это надо на себя мазать?

— Не имей я в своей памяти полную карту твоего мнемосканирования, я бы уже отказался иметь с тобой дело, — ворчливо отозвался Дока. — Твои высказывания любого способны довести до замыкания логических цепей.

— Если я перестал шутить, считай, что я уже сдох, — усмехнулся парень.

— Понятно. Психологическая разрядка. Ешь. Это не так плохо на вкус, как кажется.

Артём покорно смолотил принесённую массу и, отдавая судок дроиду, вздохнул:

— Пивка бы холодненького.

— Это просто, — послышалось в ответ.

Спустя несколько минут, всё тот же дроид притащил ему несколько бутылок настоящего пива.

— Откуда дровишки? — поинтересовался парень, сковыривая пробку.

— Это же пиратский корабль. Тут и не такое можно было найти, — раздалось в ответ.

— Даже не смотря на то, что они находились в объёме?

— Не забывай, что это не военный корабль. Тут дисциплина поддерживалась капитанскими кулаками. Только во время нападения они действовали как единый организм. Да и то, только за счёт того, что давно действовали вместе. А ещё страх перед теми, кто стоит рядом. В случае, если во время абордажной схватки кто-то струсил и отступил, свои же прикончат. Почему у нас и имеются такие повреждения корпуса. Дрались до последнего.

— Серьёзный был дядя, похоже, — хмыкнул Артём.

— Можешь мне поверить, даже очень. Как-нибудь потом, я расскажу тебе о нём.

— А чего не сейчас?

— Сейчас, тебе лучше сосредоточиться на изучении собственных желаний. Нам очень важно, чтобы твоя нейросеть полностью развернулась.

— И что это мне даст? — не понял парень. — Ты же сам сказал, что языка ушедших никто не знает.