Брат моего жениха

– Ланусь, – придерживает меня за руку мама, останавливая. – Я же вижу, что что-то не так! – говорит обеспокоенно, заглядывая в глаза, словно в самую душу.

– Мам, – вздыхаю, так как вот от кого-кого, а от нее мне никогда не удавалось скрыть то, что творится на душе. – Все такие мелочи, правда! – машу рукой. – Сейчас отдохнем с Ляськой, сил наберемся, позитивных эмоций хлебнем и снова в трудовые будни бросимся.

– Наверное, что-то со Славкой? Поругались, да? – все еще продолжает гнуть свою линию упрямая родительница.

– Со Славой все замечательно. Он отвез нас в аэропорт, посадил на самолет и уже закидал сообщениями, что соскучился. Не переживай.

– Тогда что? Работа?

– Мамуль… не хочу об этом. Просто… хочу отдохнуть. Устала немного.

– Хм, – тянет задумчиво мама, слишком пристально разглядывая мое лицо.

"– Что?! Нет. Нет-нет, мама ты чего! – испуганно округляю глаза, даже немного запаниковав от такого предположения. – Вот что-что, но точно не беременна! – уверяю твердым голосом, а по спине прокатывается холодок. Нет. Не может быть. Не хочу. Совсем не хочу! Мне вполне хватает моего темноволосого урагана по имени Алексия.

У Славы, конечно, есть в планах на будущее еще ребенок, а то и не один, но я честно и прямо ему всегда говорю, что пока не готова. А про то, что не уверена, хочу ли вообще еще детей, предпочитаю молчать совсем. Время покажет.

– Просто усталость. Недосып. Отсутствие достаточного количества витамина Д и кислорода, – перечисляю, чмокнув мамулю в щеку. –Не накручивай и себя, мам, и меня!

– Ну, хорошо. Как скажешь, но если что… знай, мы с отцом всегда тебя поддержим.

– Знаю, мам, знаю. Вы вообще у меня мировые!

– Девушки! – слышим оклик от отца, который уже усадил в свой новенький джип Лясю, – мы до дома сегодня доедем или останемся тут, в аэропорту? – говори, посмеиваясь.

И нам вольно-невольно приходится переглянуться и прибавить шаг.

Уютный частный двухэтажный дом с гаражом и баней, бассейн на заднем дворике и миленькая беседка, обвитая плющом. Гнездышко родителей с каждым годом все краше и краше, а огород, наполовину засаженный цветами, все ярче.