Браслет императрицы

И самое поразительное – он этому ничуть не удивился, не возмутился и не разгневался. Он ответил:

– Мне срочно нужно разобраться с подготовкой к завтрашнему совещанию. Без вас я не могу понять некоторые моменты. Приезжайте срочно, машина ждет вас внизу.

На этом разговор закончился, из трубки понеслись короткие гудки отбоя.

А Виктория еще несколько бесконечно долгих секунд стояла и смотрела на телефонную трубку.

Змея оказалась гадюкой."

"Хуже – она оказалась гюрзой, коброй, черной мамбой, от укуса которой смерть наступает в считанные секунды.

Операция провалилась. Об этом говорило все – этот ночной звонок, неожиданный вызов Мясникова, а самое главное – его удивительно непривычно мягкий голос и покладистая интонация…

Виктория наконец ожила. Она быстро, в считанные минуты оделась, собрала самое необходимое – документы и деньги.

Именно на такой случай она держала дома, в хитро замаскированном тайнике, некоторое количество наличных. Такое, чтобы хватило хотя бы на несколько месяцев. Потому что карточкой пользоваться нельзя, по карточке ее мгновенно найдут.

Разложив деньги и документы по карманам, Виктория пошла не в прихожую, а на кухню.

Здесь она поступила очень странно: отодвинула в сторону большой, выше человеческого роста, холодильник.

За холодильником обнаружилась дверь.

Виктория жила в старом доме на Петроградской стороне. Как во многих старых квартирах, в ее квартире было два выхода – один, обычный, через прихожую, вел на так называемую парадную лестницу, с широкими мраморными ступенями, деревянными перилами и даже сохранившимися на ступенях медными кольцами.

Но кроме этого, был в квартире Виктории и второй выход – через кухню. Он вел на черную лестницу – крутую, темную, с ржавыми металлическими перилами, с выщербленными грязными ступеньками.

Эта лестница выходила во двор, а оттуда – в один из узких и мрачных переулков, которых так много на Петроградской стороне. В один из тех переулков, в которых легко затеряться.

Многие обитатели дома заколотили вторую дверь, чтобы через нее в квартиру не могли проникнуть злоумышленники, чтобы через нее не могла проникнуть царящая на черной лестнице атмосфера бедности и запустения.