Божий промысел по контракту

— Творец — последняя инстанция Абсолютного Равновесия и беспристрастная сущность, направляющая движение Вселенной и поддерживающая Великий Баланс посредством ощущающих его волю Сил и некоторых иных созданий. Ни при каких условиях Творец не вмешивается в бытие напрямую, это может повлечь за собой непоправимую катастрофу.

«Что-то вроде убийства комара атомной бомбой во вселенском масштабе», — подумала Элька.

— Созданий? — с настороженным любопытством переспросил Рэнд, выудив из речи мага новую для себя информацию.

— Oui, я читал в одной старой книге, что есть живые создания, постоянно инстинктивно чувствующие волю Творца, — подтвердил Лукас.

— Эти чудовища? — зябко поежилась Мирей."

"Дрожь пробежала по телам всех мужчин, кроме клевавшего носом Макса. Эльке тут же стало жутко любопытно, что за птицы эти загадочные «жнецы» и чего или кого они жнут, но она поняла, что момент для расспросов неподходящий, лучше потом как-нибудь тайком подловить Лукаса и помучить его тет-а-тет.

— Значит, для вас непостижимым и непознаваемым является лишь Творец. С Силами и богами можно поговорить и договориться, увидеть, призвать, ощутить, так сказать, эмпирически. А с Творцом такой номер не пройдет. В его существование можно лишь верить, — деловито подвела итог она.

— Именно, — подтвердил Лукас. — Обращение к Творцу — это вопрос чистой веры, того, насколько мы ощущаем себя в единстве со Вселенной, чувствуем свою общность с Создателем, ведь каждый из нас есть его крохотная частица.

— Практической пользы никакой, а самолюбие тешит, — подмигнув Эльке, лукаво заметил Рэнд, задирая нос.

— Oui, постижение Творца не приносит никакой выгоды, но приближает нас к пониманию законов мироздания, существования вселенных и, может быть, добавляет капельку мудрости, — заключил расфилософствовавшийся маг и снова наполнил свой опустевший за время разговора бокал. Философия философией, но и о выпивке забывать не стоит.

Рэнд поднялся, забрал со стола еще шашлычка, толкнув задремавшего Шпильмана в бок, всучил шампур и ему. А Элька, как и Мирей, погрузилась в наблюдение за огнем. Она всегда любила смотреть на пламя, ее завораживала изменчивая сущность прирученной стихии. Сейчас девушке казалось, что она растворяется в огне, становится его частью, частью не только этого огня, но и всей поляны, сумерек, окружавших ее друзей, сада, всего этого мира, Вселенной и даже Творца.