Боссу не откажешь: маленькое счастье в нагрузку

 — Когда разберётесь, надеюсь Вам будет стыдно, но в этот раз я вас так просто не прощу! — наверное было глупо с моей стороны такая самоуверенная угроза, но я знала, что не виновата, а стало быть, настоящего виновника рано или поздно найдут. И раз так, Кирсанов, как человек порядочный и совестливый, — а я была теперь о нём именно такого мнения, — обязательно вспомнит, что незаслуженно обвинил и приговорил невиновного! МЕНЯ!

Он даже головы не поднял, взглядом не проводил.

Я тоже гордая и обиженная!

Тихо закрыла дверь, быстро собралась, — благо за короткий промежуток работы, не слишком много личного здесь оставляла, — и с небольшой коробкой, по сути неважных вещиц, с гордо поднятой головой покинула здание.

Только сев в машину, я позволила себе разреветься.

* * *Прежде чем пошла в душ, получила от мамы СМС, её прямо прорвало, бедолагу, на общение с доченькой: “Если больше переживаешь о работе — рви нахрен с блондинистым хером!”.

Маман не скупилась в выражениях. Ни-ког-да.

Я чувствовала себя оскорблённой, несправедливо оболганной, преданной. Меня только что очень обоснованно отхерачили по лицу неверно преподнесённой правдой, не подозревая насколько она размыта.

Да! Я ничего не сделала, но могла. И быть может… даже и правда была в чём-то виновата, но это “в чём-то” мелко…

Да — знакома!

Да — Кравцов пихнул.

Да просил…

И только!

Я не шпионила!

Я разграничить личное и рабочее.

Я объяснила Максу, что не буду вредить фирме…

Он согласился! ОН ПОНЯЛ!..

И пока мысленно спорила с собой и мнимыми оппонентами, как наяву видела пальцы Макса, перебирающие мои волосы и выуживающие долбаные наклейки… С кусками айдентики “Централ Пелас”, чтоб его!!!

Чёрт побери!!!

Стояла в душевой кабине и не решалась войти под воду. Всё как тогда, всё в точности так же, только в тот раз меня уважительно облапали и зажгли, а в этот… безжалостно погасили.

"Прикоснулась к воде, и она тут же разбилась о мои пальцы, покрыв кожу на животе и груди брызгами. По телу тут же пробежали мурашки. Я мёрзла, замерзала в этой квартире. И в этом городе. И вообще везде, где веяло поганым предательством.

Вода была как всегда горячущей, и я прекрасно знала, что стоит под неё войти — станет хорошо. Но “хорошо” совсем не хотелось, хотелось “охренительно”, но так больше, не будет. Ни с Максом. Ни… с Ромой.