Босс моего бывшего

Или тем, что холостяк этот – Поклонский?

Я что, ревную? Мамочки! Этого только не хватало.

– Ну, так что? – не сдаётся Алина, а я качаю головой.

– Прости, я ничего о Поклонском не знаю. Ничегошеньки.

И гордо удаляюсь, весьма довольная собой.

Глава 39 Варвара

– Дмитрий Николаевич распорядился отвезти вас в «Прагу», – говорит водитель, а я быстро прикидываю, с собой ли у меня загранпаспорт."

"Мысль сорваться сейчас с места и улететь в чешскую столицу, заманчива, но здравый смысл подсказывает: дело не в туризме.

Телефон пиликает входящим сообщением – Поклонский.

«Надеюсь, ты голодна», – вот и всё. Очень в стиле Димы.

– Я так понимаю, что «Прага» – это ресторан? – усмехаюсь, садясь в машину, водитель кивает, а затылок прожигают любопытные взгляды.

Иногда меня забирал после работы Лёня. Правда, в последний год всё реже, и только сейчас, зная о романе с Рыжей, я понимаю почему. Тем ни менее сотрудники привыкли, что я не всегда бегу на автобусную остановку, но машина, в которой меня теперь возят, кардинально отличается от «ласточки» Баринова.

Сотрудники в замешательстве, я чувствую это по их неловким улыбкам и несмелым переглядкам. Уверена, стоит нам отъехать, общественность взорвётся обсуждениями.

Интересно, до чего договорятся? Эх, жаль я не умею чужие мысли читать.

Устроившись на заднем сиденье и пристегнувшись, набираю Поклонскому ответ:

«Не боишься, что тебя со мной могут застукать журналисты?»

Я бы поставила в конце сообщения хитрый смайлик, но не хочу, чтобы мой вопрос звучал игриво.

«Нас», – читаю короткий ответ, пришедший буквально через десять секунд.

«?»

«Если они и застукают, то нас двоих. Никаких «ты» и «я» в отдельности уже не существует. И нет, я не боюсь».

«А «мы» существуем?»

«В моей реальности – да. А в твоей?»

Мне нужно несколько минут, чтобы найти ответ, но сердце стучит о рёбра так сильно, что мысли путает. Я ещё думаю над словами, но пальцы уже сами набирают сообщение:

«Мне уже кажется, что у нас на двоих одна реальность».

Неужели я так написала? Но сообщение отправлено и поздно метаться.

Дима молчит. Тянется время без его ответа, и я пытаюсь совладать с внезапно нахлынувшими эмоциями. Когда телефон вибрирует, подпрыгиваю, едва не уронив мобильный:

«Наконец-то ты это поняла».

Ну что за сухарь? Где романтические слова? Признания? Но, кажется, я досыта наелась ажурных красивостей – Леонид был мастак по части патетических речей. Достаточно.