Босс моего бывшего

Ну, полюбила она другого, с кем не бывает? Отпустил бы, переболел. Но она ведь трахалась с ним и всячески через меня пыталась Баринова наверх пропихнуть. Куда это годится? Как лохом крутила, гадина. А этот Баринов… на корпоративе жену мою тискал, а потом руку мне жал, заискивал. У-у-у, ненавижу. Себя ещё больше!

– Если она не остановится, то всё это вылезет наружу. Тебя завалят предложениями об интервью и вопросами. Помнишь, что началось, когда Морозову жена рога наставила?

– Ад начался, – кивает, вспомнив. – Я не хочу этого.

– Значит, работай на опережение, – пожимаю плечами. – Только без насилия. Настя хочет быть с сусликом? Любит его? Вот пусть и любит, только уже под своей фамилией. А дёрнется, фотки её голого зада во всех газетах страны окажутся. С того видео можно тысячу кадров вытянуть.

Стас сомневается, хотя и взвинчен до предела. Интеллигентный мальчик, которым он, в сущности, является, всем нутром противится. Но, похоже, злости в нём сейчас больше, чем интеллигентности.

– И да, – рассматриваю янтарную жидкость на дне своего бокала, а в ней будто бы огонь плавает. – Забери у неё галерею. А ещё лучше сожги.

– Дима, там же работы ни в чём не повинных художников, – качает головой, а я чертыхаюсь.

– Значит, нужно вывезти все картины до поджога, – смотрю на Стаса исподлобья. – Ну, либо просто отбери. Думай, Рыльский, думай.

Мы пьём, но у меня так и не получается напиться. Внутри срабатывает стопор, после которого спиртное в глотку не лезет. За разговорами трезвеет Стас, и ближе к десяти мы готовы ехать по домам.

"Стоит выйти на улицу, и алкоголь всё-таки бьёт по мозгам. Меня растаскивает на части от дикого желания увидеть Варю. Просто услышать её голос, узнать, что с ней всё хорошо. Я даже забываю, что она меня в чёрный список добавила, когда набираю её номер. А вспомнив, готов разбить телефон об асфальт, но вдруг на том конце провода раздаются длинные гудки. Хех, надо же.

– Варя, я чёртов идиот, но я так соскучился…

– Я… – вздыхает и мне кажется, что губы облизывает. Губы, которые помню в мельчайших деталях.

Киваю Стасу, указываю рукой на телефон, мол, разговор важный, а тот улыбается понимающе и неловко усаживается на заднее сиденье автомобиля. Паша, наш трезвый водитель, курит, глядя в сторону, а я отхожу подальше, прячусь в темноте.

– Ты тоже скучаешь, – сообщаю шёпотом и тихо смеюсь.