Боксер, Пашка, я и космический отщепенец

Пока мужчины общались, остальные двенадцать человек безапелляционно рассматривали нашу четверку, то бишь, меня, сынку, Машу и Дольфа, примостившего теплолюбивую попу у кресел. В глазах каждого читалось любопытство, тревога, непонимание.

В голосе капитана меж тем стали проскальзывать стальные нотки. Напряжение Сишати странным образом передавалось и мне, я постепенно незаметно для себя сжимала в пальцах спинку кресла все сильнее. Наконец, общение закончилось, экраны свернулись темными пятнами и вновь демонстрировали старые изображения космоса и инопланетного языка.

Я облегченно выдохнула и расслабилась. Сзади на плечи легли теплые ладони, от этого странно приятного теплого прикосновения я резко обернулась, ласковые карие глаза смотрели на меня с тревогой. Я открыла рот, собираясь в очередной раз предложить развод, потом подумала о сыне и поспешно закрыла. Не место и не время сейчас возвращаться к этой теме. Будет гораздо лучше, если я прежде все хорошенько обдумаю и взвешу. Капитан легко улыбнулся и кивнул мне, мол, понял, о чем думаю, подлец. Я взглянула на него из-под ресниц, в очередной раз задаваясь вопросом что именно чувствую к этому мужчине кроме физического влечения. Впрочем, какая разница. Ему важен Пашка, а это главное, даже если рассуждения мои неверны.

- Пап, мы с мамой и Дольфом им не нравимся, да? - поднял светлые глаза цветик. Я погладила его по голове.

- Во-первых, мудрые просто испугались, а, во-вторых, не все, - серьезно ответил капитан. Сынка вылез из кресла, положил Машу, подошел и обнял Сишати.

- Я не хочу, чтоб ты уходил.

Глядя на все это безобразие, я сжала губы, но сдержать всхлип не получилось, вместо этого громко шмыгнула носом, стараясь как можно меньше походить на обиженную жизнью девочку. Только вышло видимо не очень, поскольку меня как ребенка притянули к груди. На всякий случай всхлипнула еще раз. Капитан гладил Пашу по голове, говорил что-то на своем длинном шипучем, потом твердо уверенно произнес:

- Я никуда не уйду.

Вечером произошла странная грандиозная перепланировка, организованная мужиками, в результате которой кактусенку, плюс собак, плюс Маша выделили отдельную каюту, а я оказалась в одной с мужем.

.. наедине.

Лежать в надежных крепких объятиях было так спокойно. Болезненно, как-то режуще приятно, совсем непривычно, но безумно спокойно. Так словно я вдруг впала в нирвану и неизвестно насколько впала. Несмотря на это первые два часа я дергалась и не могла уснуть, постоянно срываясь к ребенку.