Больно только в первый раз

Когда кладу руки ему на шею, коктейль из этих чувств колотит меня изнутри.

Посмотрев ему в глаза, я тяну его к себе, заставляя склонить голову. И касаюсь его губ легким поцелуем…

Волнение, которое тянет в разные стороны, не дает почувствовать…

Мне нужна секунда, чтобы это сделать. Чтобы почувствовать его губы и их ответную реакцию. Больше всего сейчас я боюсь ее не получить, но я разрываю наш поцелуй так быстро, что понять не успеваю.

Когда снова смотрю на дагестанца, его губы приоткрыты, а пристальный взгляд нацелен мне в лицо.

Посмотрев на его губы, я целую снова…

На этот раз он отвечает.

Отвечает, и мне не нужно время и ясность ума, чтобы это понять! Ни единой секунды не нужно, ведь, когда он отвечает, это ни с чем в сравнение не идет...

Глава 23

Полина

Твердая рука сжимает мою талию, от давления на губах слабеют колени. Он целуется как бульдозер, но мне удается слегка его притормозить, и тогда дагестанец целует меня так, что я боюсь потерять гребаное сознание!

Когда, отстранившись, я заглядываю в его лицо, перед глазами у меня плывет.

Мы снова соединяем губы, на этот раз — чтобы коснуться языками.

Мне нравится его вкус. Нравится целоваться с ним! Я хочу еще.

Голос ведущего в микрофоне режет по ушам. Врезается, заставляя разъединить губы.

Я не уверена, могу ли стоять на ногах, и рада, что на моей талии такая мертвая хватка."

"Скачки сердца подначивают быть беспринципной до конца. Облизнув и так влажные губы, я смотрю на дагестанца и, тяжело дыша, спрашиваю:

— Хочешь повторить? Я имею в виду… секс…

Его кадык пляшет, когда он сглатывает слюну.

Я знаю ответ на свой вопрос! Он прямо там, внизу. Упирается мне в живот. Но ведь это ничего не значит.

— Хочу, — сипло отвечает Расул.

— Мы… можем поехать в гостиницу… — предлагаю я.

— Давай поедем.

Я возвращаюсь за стол в состоянии часовой бомбы. Мои губы горят, щеки, уверена, тоже. Алые пятна на них я ощущаю интуитивно. Мне кажется, что абсолютно всем понятно, насколько я возбуждена, но за столом лишь один человек адресует мне пристальный взгляд. Это Абрамов, и он изучает меня без особых эмоций.