Ад

Если он считает, что у тебя есть потенциал, то он не ошибается. И не думай ни о чем плохом. Что ты заранее беспокоишься? Все будет отлично! Ты у меня умница редкостная, у тебя все получится.

Он протянул руку и погладил лежащую на столе ладонь жены. От этого жеста веяло покоем, стабильным браком и нежностью, и Любе на мгновение показалось, что нет ничего плохого в их жизни, никаких обманов, никаких глупых договоров, никакой Лизы с ее обременительными детьми, а есть любящие друг друга муж и жена, счастливо прожившие вместе тридцать четыре года.

— Тридцать четыре года, — пробормотала она.

— Что? — переспросил Родислав.

— Мы вместе уже тридцать четыре года, — пояснила она чуть громче. — Это если считать со дня свадьбы. А знакомы мы больше сорока. Ужас, да? Даже подумать страшно, как давно мы друг друга знаем.

— Слушай, мы же в этом году годовщину свадьбы не отметили, — вдруг спохватился Родислав.

Ему стало неловко за то, что он забыл. Не поздравил Любу, не купил цветы, не говоря уж о подарке. Второй раз за все годы.

— Это я виновата. Закрутилась на работе, целыми днями составляла программу минимизации убытков при кризисе, сидела у Андрюши… Прости, Родинька. Ты на меня не обижаешься?

Конечно, он не обижался! И был искренне рад тому, что вроде бы и не виноват ни в чем.

* * *Предчувствия Любу Романову не обманули, дефолт все-таки грянул, хотя всего за несколько дней до этого Президент во всеуслышанье объявил о том, что «дефолта не будет».

Как-то поздно вечером в середине сентября Любе позвонила Аэлла, которая в тот момент уже месяц отдыхала в Испании.

— Любка, что происходит? Моя кредитка не работает, мне банкомат деньги не выдает.